Рокот

Ощущение такое, будто в тело одновременно вбили сотни ледяных сосулек.

Мышцы мгновенно парализовало, и Стас, дезориентированный, онемевший и ошарашенный, повалился на пол собственной комнаты, приложившись о паркет подбородком, грудью и коленями.

Сознание он не потерял, но двигаться был не в состоянии, зато Марьяна засуетилась вокруг него. Завела его безвольные руки за спину и со сноровкой оперативника обвязала запястья скотчем, который тоже принесла с собой (черт, что еще лежит в ее паршивой сумочке?). Затем несколько слоев липкой ленты легли на его щиколотки.

В итоге на обезвреживание врага у Марьяны ушло не больше пяти минут.

«Да она тренировалась, что ли?» – билась мысль в висках обездвиженного Стаса.

– Ну вот, – сказала девушка и ногой перевалила его с живота на спину. Оглядела результат работы. – Теперь я готова подождать одиннадцати. – В ее голосе Стас уловил нотки торжества и облегчения. – Платов, ты правда надеялся, что я тебе поверю? Ты за кого меня принимаешь? Ну, раздобыл ты где-то фотографию моей тети, накалякал красками записку, и что? Я должна тебе сразу поверить? Признайся, чья была идея: твоя или твоего двоюродного братца-садиста Егора? Или вы вместе решили надо мной поиздеваться?

Он кое-как ей ответил, заставляя горло, язык и губы себе подчиниться:

– Чокнутая… дура…

– Не мешало бы тебе еще и рот заклеить.

Вид поверженного врага очень ее порадовал.

Зато Стас со злостью уставился в потолок.

– Думаешь, я наврал? – Он повернул голову до боли в шее, чтобы поймать Марьянин взгляд. – А? Ты же понимаешь, что мне незачем врать, понимаешь же, да? Зачем мне врать? Какой смысл?

Вежливый стук в дверь избавил Марьяну от необходимости отвечать на вопрос.

Послышался глухой голос матери:

– Вы там… э… вы там в порядке? Мне показалось, будто что-то упало.

Стас представил, как мать произносит эту фразу: с напряженным лицом и с надеждой на то, что не помешала воссоединению давно и навсегда распавшейся пары.

– Все в порядке! – громко ответил Стас, надеясь, что она не войдет и не увидит всю эту картину.

– Я заперла дверь, не беспокойся, – прошептала Марьяна. – Мама у тебя добрая и деликатная. Хорошо, что она не знает о том, что ее сын – с отклонениями.

Девушка уселась на пол рядом со Стасом, обхватила руками колени.

– Это ты с отклонениями, Мари, – пробурчал он.