Замогильные записки Пикквикского клуба

– Ну, Пикквик, это они, они! – воскликнул м?р Уардль.

– Они, жаловались, что немножко запоздали, – проговорил станционный смотритель.

– Они, Пикквик, ей Богу они! – кричал м?р Уардль. – Четверку лошадей – живей! Мы их настигнем, прежде чем доедут они до станции. Гинею на водку, ребята, пошевеливайтесь!

И в состоянии необыкновенного возбуждения физических сил пожилой джентльмен засуетился и запрыгал по широкому двору, так что его суетливость электрическим образом подействовала на самого Пикквика, который тоже, приподняв подол длинной шинели, перебегал от одной лошади к другой, кричал на ямщиков, махал руками, притрогивался к дышлу, хомутам, в несомненном и твердом убеждении, что от всех этих хлопот приготовления к поездке должны сократиться по крайней мере вполовину.

– Влезайте, влезайте! – кричал м?р Уардль, впрыгивая в карету и захлопывая дверцу с правой стороны. – Живей, Пикквик, живей!

И прежде, чем м?р Пикквик сообразил, о чем идет речь, дюжая рука одного из ямщиков втолкнула его в карету с левой стороны, захлопнула дверцу, и экипаж стремглав помчался со двора.

– Вот мы и пошевеливаемся! – сказал пожилой джентльмен одобрительным тоном.

Они точно шевелились, и м?р Пикквик чувствовал всю силу исполинских движений, когда его начало перебрасывать с одной стороны на другую.

– Держитесь крепче! – сказал Уардль, когда м?р Пикквик толкнулся однажды своей головой об его плечо.

– В жизнь никогда я не чувствовал такой встряски, – отвечал бедный м?р Пикквик.

– Ничего, ничего, мы их нагоним! Держитесь крепче.

М?р Пикквик забился в утол. Карета помчалась еще быстрее.

Так промчались они около трех миль. Наконец, м?р Уардль, наблюдавший из окна минуты две или три, обратил на м?ра Пикквика свое лицо, обрызганное грязью и вскричал нетерпеливым тоном:

– Вот они!

М?р Пикквик высунул свою голову из окна. Так точно: карета, заложенная четверкой лошадей, мчалась во весь галоп не в дальнем расстоянии от них.

– Живей, ребята, живей! – По гинее на брата!

Быстроногие кони первой кареты мчались во весь опор; кони м?ра Уардля вихрем летели по их следам.

– Я вижу его голову! – воскликнул раздражительный джентльмен. – Вон она, чертова башка!

– И я вижу, – сказал м?р Пикквик. – Вон он, проклятый Джингль!

М?р Пикквик не ошибся. Лицо кочующего актера, совершенно залепленное грязью, явственно выставлялось из кареты, и можно было различить, как он делает неистовые жесты, ободряя ямщиков ускорить бег измученных коней.