Муж поневоле

То, что они не перешли эту черту, говорило в их пользу.

– Хорошо. Можешь пока вернуться к Дину. Думаю, вам есть что обсудить.

* * *

Я в очередной раз, валяясь на кровати, продумывал план побега. Был полдень, и солнце, стоящее в зените, нещадно жарило, накаляя воздух снаружи. Благо хоть внутри дворца было более-менее. В такое время я старался особо не высовываться, так и не привыкнув окончательно к местной жаре.

Вдруг мне почудился какой-то шум снаружи, а затем громкая, но плохо различимая ругань.

Подскочив, я сквозь полупрозрачную ткань занавески выглянул в окно, пытаясь понять, что там происходит, и внезапно увидел здоровенного верблюда на дорожке прямо у дворца, что, повернув голову вбок, невозмутимо жрал придорожный кактус. Посмотрев чуть правее, обнаружил и пропылённого наездника, что как раз ругался с Калимом, яростно тому что-то доказывая.

Перепалка между неизвестным и начальником стражи накалялась, мужчины становились всё громче, и наконец я услышал, как Калим буквально проорал:

– Султанзаде, ну как вы не понимаете, нельзя вам во дворец, это крайне опасно! Вы просто погибнете, там всё опутано смертельной магией!

Зарычав, непонятный султанзаде (это ещё что за титул?) развернулся, толкнув плечом начальника охраны, заметался по мощёной булыжником дорожке.

Внезапно остановился, поднял голову, повернувшись ко дворцу, и громко и яростно прокричал:

– Выходи! Ты… Чёртов колдун!

Произнёс он, правда, немного другую фразу, но я перевёл её именно так, основываясь на интонациях, с которыми она была произнесена.

Приглядевшись вновь, я понял, что незнакомец весьма молод и богат. Впрочем, “султан” в титуле “султанзаде” уже давало понять, что не простой гражданин пожаловал.

Он был один и, вероятнее всего, также неожиданен для Калима, как и для меня, а значит, это не могло быть продолжением заговора, так что, не долго думая, я собрался на выход, потому как парня явно привела сюда какая-то нужда, а возможно даже, что это была уже настоящая весточка от Ниике, а не то фуфло, которое мне пытался впарить мой главный охранник.

Когда я появился в дверях дворца, этот султанзаде всё ещё мерил шагами территорию, но завидев меня, тут же бросился вперёд, сжимая кулаки. От нападения его остановили только мои резко выписавшие в воздухе вязь проклятья руки, замершие в атакующей позиции.