Конец академии

Впрочем, возможно, я ошибался, и улыбка была вовсе не дружелюбной, а идиотской, отчего меня не трогали, считая за какого-то дурачка. Но я всё же надеялся, что работает моё природное обаяние.

В столовой было всё как всегда. Курсаты по большей части уже успели понабрать еды, и раздача практически пустовала, а вот с местами за столами имелась напряженка, по крайней мере, окинув пристальным взглядом зал, свободных столов не увидел. Ну да ладно, пока выберу, что поесть, авось где-нибудь да освободится.

– А, наш мальчик пожаловал! – Иван Петрович, тот, кто заведовал сегодняшней сменой, расплылся в улыбке при виде меня. Хороший повар, да и человек приятный. В своём накрахмаленном колпаке и поварском халате, обтягивающем его весьма выдающихся пропорций живот, он сразу располагал к себе, и я не преминул поинтересоваться:

– Как жизнь, Иван Петрович? Чем сегодня побалуете?

– Тебя? Самым лучшим! – он быстро махнул кому-то рукой и шепнул заговорщически: – Вот, приберёг для тебя.

– Сырники?! – взяв тарелку с пятью подрумяненным толстенькими кругляшами, тут же бросил пару ложек сметаны сверху. – Это я люблю, да. А что ещё посоветуете?

– Ну, – подумав, произнёс Петрович, – всё съедобное, но борщ просто отменный вышел.

– О, обязательно возьму, только без добавок, ни майонеза, ни сметаны не надо.

– Но так вкуснее, – попытался убедить меня мужчина, не оставляющий попыток перебороть мои гастрономические пристрастия.

– Иван Петрович, дорогой, – в который раз прижал я руки к сердцу, – ваш борщ настолько вкусен сам по себе, что грех портить его всеми этими ненужными вещами.

– Ай… – махнул он пухлой ладонью. – На хоть сальца возьми солёного вприкуску.

– Домашнее? – поднял бровь я.

– Ага, – кивнул старший повар, хитро прищурившись, – тесть у меня по своему рецепту солит. Я для Марии Ивановны приношу, она страсть как любит. И для тебя отрежу, попробуешь.

– Что ж, от такого, – я подставил поднос, – точно не откажусь.

Ещё Петрович почему-то считал, что я очень худой и хилый, и всеми правдами и неправдами пытался меня накормить посильней. “Ты же будущий официра, тебе силы нужны”, – говорил он. Поэтому от раздачи я отваливал нагруженный по самое не балуйся.

Вновь оглядевшись, опять не увидел мест, но, на счастье, за небольшим столиком в углу разглядел троицу девушек со своего взвода: обеих командир – взвода и отделения – и одну не совсем понятную секретчицу.