Отравленные страстью

Отравленные страстью

Анжелина Блэк

Он получит ее любой ценой. Кэймрон Даллоу – хладнокровный и решительный вампир, который никогда не поддавался своим желаниям, пока не встретил ее – загадочную незнакомку, ставшую жертвой для древнего Бога. Яффа Сломанная, разбудившая в нем страсть, сбежала в первый день, и теперь он пойдет на все, чтобы присвоить ее себе. Но в этой игре он не единственный участник…

Содержит нецензурную брань.

Анжелина Блэк

Отравленные страстью

Глава 1

И померкнет свет, и ночь будет длиться вечно…

Лежа на холодном каменном алтаре, Яффа терпеливо ждала, когда ее принесут в жертву.

Вокруг витал сладковатый дым, дурманящий сознание. Сморщившись, Яффа изо всех сил старалась не чихнуть, полагая, что это испортит церемонию. Она должна завершиться. Только в этом случае Тлалок явит своим подданным свой взор, и только в тот момент станет уязвимым.

В старом храме с расколотыми колоннами, куда ее притащили чокнутые тла – так называли безумцев, верящих, что Тлалок одарит их бессмертием за постоянную поставку человеческих тел, было темно и душно. Но даже в темноте Яффа могла разглядеть валяющиеся тут и там кости.

Тлалок был древним божеством Дождя. И кровожадным ублюдком. Когда в очередное столетие он пробудился ото сна, чтобы насытиться и снова заснуть, случилось нечто из ряда вон выходящее: какой-то придурок взамен на обещанное бессмертие притащил в храм сорок человек, устроив Тлалоку пир.

Чем больше верующих, тем сильнее бог. Все это знают. Тот смертный совершил огромную ошибку, и теперь его ищет половина Алвиана.

Пробуждение и дальнейшее бодрствование Тлалока принесло огромную проблему волшебному миру – алвианцы переполошились, и справедливо воззвали к тем, кто способен загнать жаждущее крови божество обратно. Ну, а те, в свою очередь, переложили это на Яффу.

В самом деле, кто, если не она? Более идеальной кандидатуры не нашлось.

Промерзший каменный алтарь холодил ее нежную кожу. Как назло, с неба рухнули тяжелые капли – начался настоящий ливень, падающий на ее тело сквозь разрушенную крышу храма. Пение прислужников стало заунывнее, а огонь в лампах, вопреки логике, не потух, а разгорелся сильнее.

Яффа чуть поерзала, устраиваясь поудобнее. По ее подсчетам, лежать оставалось около пяти минут.