Резервация

Гай подмигнул. Все будет хорошо.

В зеркалах заднего вида маячил памятник пшеничным колосьям. Бурое от ржавчины перекрестие серпа и молота. А по сторонам тянулись развалины домов песчаного квартала. Теперь они казались надгробиями, за которыми давно не было присмотра.

Время – это то, в чем вязнешь. Барахтаешься. Но не можешь выбраться. И не можешь вытащить дорогих тебе людей. Время – это обжигающая враждебная пустота.

Гай открыл бардачок и вытащил пачку «Пелл Мелла». Закусил фильтр.

– Как думаешь, что он тут делал?

– Кто?

– Конь в пальто, – Гай выудил из пиджака затертую бензиновую зажигалку и принялся чиркать колесиком.

Он зажег вонючий «Пелл Мелл». Втянулся, закашлялся. Антон знал, что жена запрещала ему курить. В бардачке вечно валялись мятные конфеты – ими Гай душил табачный чад, когда возвращался со смены.

Антон перегнулся через спинку – на заднем сидении лежала плетеная папка с документами. Он развязал шнуровку и достал бумаги. Темные, похожие на дешевые ксерокопии, листы.

– Кёниг. Лев, – прочитал Антон. Прилагаемый скан фотографии был нечетким и закопченным. Человек преклонных лет с залысинами и мешками под глазами смотрел сурово из-под кустистых бровей.

Гай заглянул в бумаги.

– Кто он?

– Владелец «Королевских пивоварен». Заседал в парламенте. Лев Кёниг, потомок знатного дворянского рода…поэтому общение с прессой нам не рекомендовано.

– Старый хрыч! – Гай перехватил бумаги той же рукой, что держал сигарету. – Они нам не рекомендуют! – он сунул сигарету в рот и, прищурившись, осмотрел фотографию.

Гай был хорошим копом. Достойным кобуры и значка. Проблема состояла в том, что слушал он только себя. Как будто был гребаным Буддой, вещающим истину. Именно поэтому Гай до сих пор бегал по улицам со стволом, рискуя нарваться на пулю. И говорил, что ему не дают повышения, потому что он индус. Раз за разом. Крутился в собственной Сансаре.

Но сейчас он был прав.

– Нужно поговорить с родственниками. Возможно, с них требовали выкуп, – предположил Антон.

– Ты серьезно думаешь, что старика вывезли сюда в багажнике? Через все блокпосты? – Гай бросил бумаги к лобовому стеклу. – Херня это.

Дорога была одна, а посты начинались за несколько миль. Проверяли все – документы, госномера, досматривали и взвешивали багаж. Проскользнуть было нелегко. А с пленным стариком – и подавно. Резервацию считали разносчицей инфекций.