Лунный меч

 – У вас есть пять острых сабель и, наверняка, целая уйма ножей, которыми, как ты верно заметил, вы отлично умеете пользоваться, но только я сильно сомневаюсь, что вам дозволено применять всё это богатство на деле. Я прав?

Да, во имя Света, он был прав! Локи было строго настрого запрещено пускать кровь ловчему без двух мизинцев, так что он рассчитывал запугать его, используя численное превосходство, но не мог же сержант знать, что этот бродяга вот так запросто называет его повелителя по имени!

– Ты должен был взять с собой самых рослых, вооружить их одними только верёвками, и тогда вы смогли бы скрутить меня, не причинив особого вреда, а теперь… – ловчий безо всяких предосторожностей подошёл к лавке и стал неторопливо одеваться, а заодно и вооружаться.

 – А теперь, – повторил он скучающим голосом, – придётся тебе придумать очень вескую причину для моего визита в Ярвик, потому что, по правде говоря, видеться с твоим господином я не хочу.

– Эх, предупреждал я тебя, командир, что ничего не выйдет, – вставил тут же Ловкач и спрятал саблю в ножны.

Немного помедлив, Локи последовал его примеру. – Нужно было сразу сделать, как велел его милость.

– Поговори мне ещё! – рявкнул на старого солдата Локи, не сдержав раздражения, но поскольку никому из присутствующих не было никакого дела до его уязвлённой гордости, сержанту оставалось только смириться с поражением и выполнить свой долг. – Его милость сказал, что если ты откажешься ехать по-хорошему, то я должен передать тебе вот это, – сообщил он и извлёк из потайного кармана золотой перстень с кровавым камнем в резной оправе.

Трудно сказать, какую реакцию ожидал увидеть Локи, но точно не думал, что, едва заметив драгоценность, ловчий вцепиться в рукоять свой сабли и вытащит её из ножен на целую ладонь. Но, как ни странно, Локи в тот миг совсем не испугался – движение ловчего, очевидно, было направлено не против него, но вызвано каким-то не самым приятным воспоминанием. И, подтверждая эту догадку, ловчий вскоре овладел собой, и его клинок снова очутился в ножнах.

Тогда Локи подошёл ближе и положил перстень на край стола – посредине между кувшином молока и краюхой хлеба.

Ловчий еле заметно кивнул и произнёс слегка севшим голосом:

– Ладно, ваша взяла – седлайте лошадей.

3

Родовое знамя благородных баронов Керсеров величественно реяло на воротами замка, красиво развеваясь на осеннем ветру. Угольно-чёрный прямоугольник, перечёркнутый летящей золотой стрелой.