Сад мертвых бабочек

Один из гопников, вообразив себя олимпийским чемпионом по плаванию, уже нырял и выныривал, пытаясь пересечь реку и нагнать беглецов.

Но, нырнув в очередной раз, он затем толком и не вынырнул, только замахал обеими руками. А затем скрылся под водой.

– Наверное, налетел головой на то бревно, которого ты испугалась. Ну, бывает, – заметил Валька.

Гопники бросились спасать своего незадачливого товарища, и когда они его вытащили на берег, то Анжела и Валька также расположились на берегу, только противоположном.

Наблюдая за суетой гопников, Анжела сказала:

– А если его не откачают?

Валька, пошарив рукой вокруг себя, произнес:

– Очков, конечно же, нет, так что ты будешь нашим поводырем. Нет, к ним я не поплыву, пусть сами разбираются. Думаю, им сегодня все же придется вызвать «Скорую».

Посидев на берегу и понаблюдав за происходящим (хотя наблюдала только одна девушка – Валька по причине отсутствия очков физически не мог) и удостоверившись, что нахлебавшийся, как и Анжела, воды гопник наконец-то оклемался, ребята решили двинуться в путь.

– А куда нам, собственно, идти?

Валька, осмотревшись, честно признался:

– Это мы где-то в районе Бабочек. Тут такое село имеется неподалеку, а когда детский лагерь основали, то ему такое же название и дали. Я тут ни разу не бывал. Я в классе четвертом или пятом должен был вообще-то туда за хорошую учебу поехать, но пионерский лагерь закрыли, потому что пионеры закончились.

Оставив гопников скакать на другом берегу, Анжела и Валька двинулись по дорожке в глубь леска. Вскоре им попалась упавшая на бок полукруглая вывеска: «Бабочки».

Так и есть, бабочек было и тут предостаточно, но помимо этого еще мошкары и комаров. Отбиваясь от назойливых насекомых, они вышли к каким-то разноцветным развалинам.

– Так и есть, детский лагерь, который раньше назывался пионерским, – заявил Валька, толкая полуоткрытую ржавую калитку.

Лагерь стоял заброшенным всего несколько лет, однако, лишившись юных постояльцев, словно потерял источник энергии и стал разрушаться с огромной скоростью. Корпуса зданий смотрели черными оконными проемами, выбитыми дверьми, покосившимися, смешными советскими лозунгами.