Обратная сторона смерти

Наваждение как рукой сняло, и Татьяна несколько иронично спросила:

– А принимать звонок ты не намерен?

Игорь выпрямился и произнес:

– Таня, извини, что напугал тебя…

– С чего ты взял, что напугал меня? – спросила писательница, внимательно наблюдая за мужем.

Тот вздохнул, подошел к столу, поставил на него бутылку и положил рядом штопор.

Его мобильный продолжал разрываться. Татьяна знала, что муж помечал каждого из звонивших определенной мелодией. И песенку Герцога из «Риголетто» ей в последнее время приходилось слышать довольно часто.

– Так разве ты не хочешь взять трубку? – поинтересовалась Татьяна снова.

Игорь, мотнув головой, вытащил наконец из кармана плаща мобильный и взглянул на дисплей. При этом на его лице появилась усмешка.

Странная, хитрая усмешка, отметила про себя Татьяна. И вдруг в ужасе сообразила: эта усмешка, которую в своем новом романе она подарила маньяку, подсмотрена ею у собственного мужа!

Подумав, Игорь принял звонок и произнес, не называя имени:

– Да, я дома.

Тон у мужа был необычный – нежный, но в то же время требовательный. Татьяна не слышала голоса его собеседника, но не сомневалась, что на связи находится женщина.

– Кто это был? – спросила она после того, как Игорь завершил разговор.

Муж опустил мобильный в карман плаща и, не отвечая на вопрос, заметил:

– Кстати, сегодня было настоящее лето.

Он снял плащ, кинул его на стоявшее подле кресло. Татьяна взглянула на супруга – одет тот был, как всегда, безукоризненно: антрацитовый костюм, лимонный в черную полоску галстук. Игорь был на фирме? Но ведь сегодня воскресенье! Татьяна попыталась вспомнить, что ей сказал муж, когда утром покидал квартиру. И сообразила – он ведь не ночевал дома! Так и есть, был в деловой поездке.

– И что же за важный разговор предстоит нам? – спросила Татьяна.

Муж, взяв штопор, стал открывать бутылку. Он снова не спешил отвечать на ее вопрос. Татьяна наблюдала за ним, чувствуя, что ей делается страшно. И вдруг ощутила себя героиней романа, которая сейчас услышит весть, способную изменить всю ее жизнь.

– Белое вино, твое любимое, – сказал, извлекая пробку из бутылки, Игорь. – Итальянское, сухое.