Фиалок в Ницце больше нет

В особенности когда хочешь обчистить квартиру дедушки этой самой внучки академика.

Он опять же намеренно объявился только на третий день, хотя номер квартиры Ильи Ильича Каблукова у него был с самого начала: еще бы, ведь одна из шалав его приемного отца позвонила внучке академика, выдав себя за кого-то из НИИ Скорой помощи, и сообщила, что дедушка при смерти и надо с ним срочно прощаться.

Дубликаты ключей были сделаны, профессионалы ознакомились с устройством сигнализации, а проверенный человечек, имевший выходы на зарубежье, получил фотографии коллекции картин.

Приемный отец очень хвалил Федора и, пригласив к себе в свой недавно оборудованный на Невском офис, налил даже стопку коньяку.

– Ну, ты же знаешь, батя, мне нельзя, для спорта вредно, – поморщился Федор, а приемный отец велел:

– Одну можешь выпить, я разрешаю!

Пришлось пригубить, хотя алкоголя Федор терпеть не мог, чем крайне выгодно отличался от всей челяди своего приемного отца – и от него самого в том числе.

Тот, махнув за первой стопкой вторую, крякнул, вытер седые усы и заявил:

– Горжусь тобой, сын! На настоящую золотую жилу напал!

Федор усмехнулся и поправил:

– Я бы даже выразился: на кимберлитовую трубку!

Приемный отец, пошевелив усами, добавил:

– Любишь ты уж чересчур понтить, бросаясь словами, которых, кроме тебя, никто не сечет, сын.

В нашем деле это не так уж хорошо, поверь мне…

– В нашем деле, батя? – переспросил Федор.

Приемный отец, опрокинув и третью стопку, поднялся и прошелся по кабинету своего офиса.

– Ладно, понимаю я тебя, ты умнее всех нас, вместе взятых, но опасно показывать людям, что ты соображаешь быстрее их.

Федор скромно заметил:

– Разве ты мной недоволен?

Приемный отец рубанул рукой в воздухе.

– Ты что, ты мой самый лучший кадр! Но эту свою трубку, как ты ее назвал…

– Кимберлитовую. Из таких алмазы добывают. А они покруче золота.

– Ну да, ну да, убедил, что ты самый умный, Федяка! Но учти, не всем это нравится.

Федор блеснул белыми зубами:

– Я же не алмаз из кимберлитовой трубки, чтобы всем нравиться, батя!

Тот, хохотнув, заявил:

– Да, за словом в карман не лезешь, такие стране нужны, Федяка.

В депутаты тебя надо пристроить. А еще лучше – свою партию организовать! Мы тебя еще в президенты упакуем, Федяка!

Федор, у которого были свои планы на жизнь, ответил:

– Батя, давай, прежде чем мы о моем президентстве поговорим, лучше о коллекции академика Каблукова покалякаем.