Следы на воде

Не знаю, что там за рафид в этих трусанах оказался, надо было программу связи с производителем плотно шерстить или сравнивать с моей личной базой. В общем, отложил я это дело и со вкусом принюхался наконец к шмотке. Да, вони в ней почти не осталось. По правде говоря, запах даже приятный был, чего уж врать.

Да и вообще, если уж до конца честным быть, я телок люблю до беспамятства. И каждую конкретно (кроме полных развалин, понятно), и всех вообще, как подвид. Неудивительно, что карьера местного Танка вызвала во мне порядочную зависть.

– Ну?

– Духовитая штука. Дай поносить?

– Охренел вообще!

Она сердито отобрала у меня трусики, а я в ответ завладел упаковкой из-под диска. И оказался прав, потому что в ней обнаружилась настоящая дивидишка!

– А это что такое?

– Да шайтан его знает! Мой дабир эту херь отказался жевать, не знаю я. Может, там завещание ее бабушки? Эй, отдавай сюда мои вещи.

– Постой, у меня техника покруче будет.

Не мешкая, я вынул из штанов свой старый дабир и затолкал находку в универсальный дисковод, где недавно уже побывала дискета.

– А давай ты мне подаришь это дерьмо, – сказал я.

– Где ты увидел на трусах дерьмо? – рассвирепела она. – Не смей осквернять память моей Наташи!

После чего Инга отняла у меня реликвию, нюхнула разок трусики и снова спрятала все в ящик.

– Ну тогда продай! Или на время одолжи, шайтан побери. Мне надо генетический анализ мочи сделать, а то клиент доказательства потребует.

– Еще раз повторяю, эти трусы чисты как крылья херувима. Я ни за что с ними не расстанусь, ни за какие богатства, потому что любовь не продается.

Тоже мне аргумент! До чего упрямая девка, просто слов нет. Хорошо еще, я успел потереть ткань между средними фалангами пальцев – может, хоть несколько микрочешуек кожи или волос до лаборатории доволоку.

– Что еще за клиент? – вдруг насторожилась Инга.

– Долго объяснять, – отмахнулся я. – Не грузись фигней.

– Еще водяры будешь? А давай посмотрим, что там записано! Небось ретро-порно, Наташка фильмы уважала. Может, человеком после этого станешь, а то пенек пеньком.

– Не фиг тут разлагаться. Кто такие торчки? – спросил я, чтобы замять сексуальную тему.