Оглашенная

Даже когда подкатили к зданию роддома и остановились у обитой железом двери, не верилось, что это больница.

Поднимаясь на второй этаж, Лена снова ощутила твердую руку Веселова.

В смотровом кабинете появился доктор – полноватый, но шустрый молодой мужчина в зеленом халате и такой же шапочке. Он, будто вылетел из коридора, танцуя и напевая. Розовые щечки блестели, а игривые глазки источали восторг.

– Новенькая? – Спросил лукаво и, чуть повернувшись, бросил Веселову через плечо, – в седьмую. – Недовольно добавил.

Шофер даже не посмотрел в его сторону. Подхватил сумку и вышел.

– Ну-с, лапочка, прибыли, значит. Прекрасно. Сейчас мы вас немножечко потерзаем. – Помог Лене разоблачиться и устроиться на кушетке. Послушал через «дудочку» живот.

– Что беспокоит? Нет такого ощущения, что «все пошло вниз». Нет? Ну и отлично. Немного рановато, но в нашем деле излишняя предосторожность не помешает.

– А где Игнатова? – Неуверенно вставила Мохова.

– Я – Сергей Никифорович Улыбин теперь для тебя, лапушка, и папа, и мама, и Игнатова. – Чуть недовольно прервал ее врач. – Прошу любить и жаловать! Не стесняйся, не маленькая. Ни сегодня, завтра женщиной станешь. Да, да. Мужчинами становятся на войне, а женщинами в роддоме, а не в постели, – многозначительно ухмыляясь, изрек он. – Я провожу тебя в палату, будем потихоньку готовиться.

В просторной комнате стояли четыре кровати. На одной – в одежде, лицом к стене лежала какая-то растрепа и, видимо, спала.

– Располагайся, лапушка, сейчас сестрица принесет все необходимое и объяснит, где сдавать анализы.

– А как вы, лапушка, готовы? – Доктор тронул спавшую за плечо. Та медленно повернулась. Живот мешал ей.

– Я-то? Завсегда, как пионэр. Токи прикажите и зараз получите. – Сильнее запахло табаком с примесью спиртного.

– Прекрасно, прекрасно, – воскликнул Улыбин. – Вот, лапушка, – обратился к новенькой, – бери пример.

Соседка, широко зевая, с трудом поднялась, надела сапоги, и, не застегнув молнию, вышла.

Лена медленно опустилась на койку. Она никак не могла взять в толк, о каком примере говорил врач. Открыв сумку, «стюардесса» начала устраиваться, но в дверь постучали.

Вошел пожилой доктор, в белом халате и папочкой под мышкой.

Пальцы у него были кругленькие, полненькие, чистенькие.