Девять дней. Иронический женский детектив

– Сорок девять, а что, плохо выгляжу?

– Наоборот, слишком хорошо. И что дальше?

– Пенсию брать не хотела, говорит, деньги тогда её выручили, сестра сильно болела. А теперь живут на одну пенсию, паспорт так и не получила. Годы были девяностые, всё рушилось, паспорта в глубоких деревнях никто не выдавал. Теперь разбогатеет. Дом тоже на её имя построен, а наследников нет.

– Так что, баба Клава в том доме будет жить?

– А кто знает, у сестры дети есть и внуки, им там хорошо будет.

Сергей снял одежду и побежал купаться.

Сёстры остались одни, но смотрели на воду, а может и не на воду, а на загорелого мужчину, уплывающего на середину озера. Таня достала бутерброды, нарезала овощи и, похрустывая огурцом, сказала: – А я рада, что бабушке всё досталось.

Сергей вышел из воды, улыбнулся широкой улыбкой и без приглашения взял бутерброд.

– С вами голодным не останешься. Колю-то простила? Да, самое интересное не рассказал, про Елизавету. Вы, дамы, в сыщики не годитесь. У вас разгадка под носом лежала, а вы ничего не заметили.

– А мы в сыщики и не собирались. Говори, не издевайся.

– Те газеты, которые были в красном пакете, помните. Так на них портрет был с надписью про опасную преступницу, ограбившую мужа. А было тогда Елизавете сорок четыре года, всего.

– Не может быть, – вскрикнула Поля.

– А сейчас ей шестьдесят четыре, что ли?

– Да, сначала она гримировалась, а потом от одиночества и состарилась раньше времени. Труп не вскрывали, по документам ей восемьдесят пять, родственников нет.

Зачем зря резать.

– Ужас! Ещё такая молодая! – расстроилась Поля, – А кто муж, сыщик ты наш?

– Бизнесмен, из тех, кто воровал у всех, чтобы разбогатеть быстро и красиво. Лизонька у него миллион долларов увела, не поморщилась. Гулял он сильно, видимо.

Поля посмотрела на Таню, но она улыбалась.

– Мой бы миллион заработал, так не так обидно было. А то ни мне, ни Людке домов не видать.

Сергей отвёз сестёр на своей машине до квартиры.

Зашел попить чаю, сел на кухонный стул и достал из кошелька пятитысячную купюру.

– Татьяна, Александр просил тебе передать за хлопоты.

– Я не возьму, не хочу я этих денег, ну их. Хотя, давай, я оградку Елизавете сделаю, неужели она и оградки не заслужила.

Сергей ушел, помахав сёстрам с улицы. Через окно они долго смотрели, как уезжает его автомобиль. Полина начала собирать вещи. Из кармана брюк выпал скомканный лист газетной бумаги.