Последняя загадка парфюмера

Отдельно лежали два диска Игоря Стравинского – «Регтайм для одиннадцати инструментов» и «Canticum Sacrum», на обложке которого красовался великолепный крылатый венецианский лев, положивший лапу на Евангелие от Марка. Такой же лев, только отлитый из бронзы, хмуро выглядывал из-за початой бутылки водки, стоявшей на барной полке.

Телевизор все еще работал. Взяв пульт, Корсак прибавил звук и принялся прыгать с канала на канал в поисках криминальных новостей. Он попал на самое окончание репортажа. Майор Шатров, в сером мятом плаще и с таким же серым и мятым лицом, сухо говорил:

– Результаты визуального осмотра тела Фаворского и первичной аутопсии указывают на смерть от сердечного приступа.

Одутловатое лицо майора исчезло. Затем на экране появилась высокая темноволосая женщина в светлом пальто. Она вышла из подъезда в сопровождении двух милиционеров. Глаза ее были скрыты за темными очками.

Корреспондент засеменил рядом.

– Госпожа Фаворская, что теперь будет с коллекцией вашего бывшего мужа?

– Без комментариев, – бросила женщина через плечо и скрылась в бежевом «Пежо».

На этом репортаж закончился.

Глеб сел в кресло и запустил пятерню в волосы. Дело и впрямь попахивало сенсацией. Эх, Витя, Витя, как же ты умудрился помереть? И таким молодым. Все считали тебя жутко удачливым сукиным сыном, настоящим счастливчиком. А теперь ты лежишь на железном столе морга, и опухший после бурного воскресенья патологоанатом роется в твоих внутренностях, роняя на них пепел со своей вонючей сигареты.

Посидев пару минут в задумчивости, Корсак протянул было руку к телефонной трубке, но передумал. Вместо этого он взял со столика колоду карт, перетасовал, положил колоду на левую ладонь и тихо произнес – словно заклинание:

– Крести.

Выждав несколько мгновений, будто для того, чтобы магическое слово достигло ушей того, кому предназначалось, Корсак снял с колоды верхнюю карту и перевернул. Бубновый валет. Корсак чертыхнулся, швырнул колоду на стол и взялся за телефон.

Голос секретарши был мелодичным и приветливым:

– Добрый день! Я вас слушаю!

– Здравствуйте. Могу я поговорить с Туруком?

– Как вас представить?

– Глеб Корсак.

– Одну секунду.

В трубке заиграла тихая музыка.

– Ког’сак, вы? – Голос у главного редактора «Последних вестей» Турука был хриплый и картавый, как у старого ворона.

– Здравствуйте, Валерий Николаевич!

– Добг’ый день. Давненько вас не было слышно.