Обратная сила. Том 3. 1983–1997

Мало ли что случится…

– Что, например? Пол провалится? Или небо рухнет? – насмешливо осведомился Борис. – Что вообще может случиться за десять дней?

– Ты можешь влюбиться и бросить меня, – ответила Татьяна. – Я могу влюбиться и бросить тебя. Я могу попасть под машину. Да мало ли…

Борис от души расхохотался.

– Вот так вот взять и влюбиться невесть в кого? За четыре года не влюбился, а накануне свадьбы бес попутал? Танька, не смеши меня!

– Боречка, твои родители тридцать лет прожили душа в душу, а потом – раз! – и все прахом пошло.

Александр Иванович влюбился в Аллу, а Людмила Анатольевна – в режиссера. Не забывай: жизнь полна неожиданностей.

На это Борису возразить было нечего, и он плавно перевел разговор на другую тему, близкую по смыслу, но все-таки другую.

– Интересно, на кого будет похож наш ребенок, – мечтательно проговорил он.

– Зависит от того, мальчик или девочка. По закону подлости мальчики бывают похожи на более красивого из родителей, а девочки – на менее красивого, – улыбнулась Таня, потягиваясь.

– А если он будет похож не на нас с тобой, а на кого-то из бабушек-дедушек?

– Тогда можно ни о чем не беспокоиться. Мамы у нас с тобой красавицы, отцы тоже вполне себе ничего. Хотя генетика такая штука… – она задумчиво вздохнула, – там ничего предсказать нельзя, могут вылезти признаки внешности какого-нибудь далекого предка. В обозримом прошлом у меня в родне только русские и евреи, а у тебя? Мне кажется, у Александра Ивановича есть кавказская кровь.

– С чего ты взяла? – удивился Борис.

– Ну, у него внешность не совсем славянская… Представляешь, рожу тебе девочку с внешностью грузинки или армянки!

– Да брось ты! Хотя ты права, конечно, папу довольно часто принимали за еврея, но – нет, там дворянские корни, я тебе рассказывал. Другое дело, что чисто русской крови в дворянах было мало, они же все время роднились то с немцами, то с голландцами, то с поляками, то с французами. Там вообще гремучая смесь получалась. Кавказский вариант я, конечно, тоже не исключаю, про грузинских князей мы все наслышаны.

Но папа никогда не рассказывал о том, что в их роду были такие фигуры. Хотя… – Борис махнул рукой, – папе, по-моему, это вообще все мало интересно. Он не любит вспоминать о том, что его мама, то есть моя бабушка, урожденная графиня Раевская.

– Почему не любит вспоминать? Разве в этом есть что-то постыдное?

– После революции дворянское происхождение могло сильно навредить.