Обратная сила. Том 3. 1983–1997

– Почему? Ну почему? Вам не жаль себя и дочку?

– Я не могу его посадить.

– Почему? – терпеливо повторил Борис.

– Я люблю его. Я его так люблю, что… Я дышать не смогу без него. Я умру, если его не будет рядом.

– Юля, ваш муж – садист и психопат, неужели вы сами не понимаете этого?

– Я знаю. Но для меня он лучше всех на свете. Я его люблю. Пожалуйста, не забирайте его у меня, я не выживу…

Дело частного обвинения, так записано в законе. Без добровольного желания потерпевшего возбудить уголовное преследование нельзя.

И по просьбе потерпевшего уже возбужденное дело все равно подлежит прекращению.

Когда-то в школьные годы родители водили Бориса на спектакль «Валентин и Валентина», где один из персонажей произносит что-то вроде: «Растишь дочь, воспитываешь, а она потом приходит и заявляет: «Мама, он вор и убийца, но я его люблю». Фраза эта накрепко засела в памяти и всегда вызывала у Бори Орлова смех. И вот теперь он слышал почти то же самое: Вадим Петренко – садист и психопат, но я его люблю.

Только в этот раз почему-то Борису совсем не смешно.

Следователю Орлову тогда так и не удалось уговорить Юлию написать заявление. На все его доводы она отвечала только одно:

– Вы не понимаете. Я очень люблю Вадика. Вы не понимаете…

И Борису пришлось признаться самому себе, что он действительно не понимает. Выходит, есть вещи, не подвластные уразумению, даже если у тебя высшее образование и какой-никакой опыт работы в следствии. Разумеется, это не означало, что старший лейтенант Борис Орлов не считал себя взрослым и самостоятельным.

Но мысль о том, что он может чего-то не понимать в человеческих отношениях и вообще в людях, он принял искренне и безоговорочно.

* * *

Субботнее утро началось, как почти всегда в выходные дни за последний месяц, неспешными разговорами о предстоящей свадьбе. Борис и Таня долго валялись в постели и ленивыми сонными голосами снова и снова обсуждали список гостей, распорядок торжественного дня, и успеет ли портниха дошить платье, и не подведет ли парикмахер, и нужно ли устраивать «второй день» дома или достаточно только свадебного ужина в ресторане…

– Кстати, о свадьбе, – оживился Борис.

 – Мы же все равно поженимся через десять дней.

Таня непонимающе уставилась на него.

– Ну да, мы поженимся. Я только не поняла, что означает это твое «все равно».

– Оно означает, что раз мы все равно поженимся, то, может, хватит уже предохраняться?

– Нет, – твердо ответила девушка, – не хватит.