Бой бабочек

– И что это должно означать, по мнению вашей логики?

– Я не знаю, – ответил Ванзаров, чем вызвал у друга приятные эмоции. Не часто Лебедеву доводилось слышать такое признание.

– Значит, и вы живой человек! – сказал он, легонько похлопав по плечу Ванзарова. От чего другой, менее крепкий чиновник долго лечил бы сломанную ключицу.

– Аполлон Григорьевич, мне нужно хоть что-то…

Фраза, понятная обоим, означала: позарез нужны факты, которые успел обнаружить криминалист.

– Немного, – по-свойски ответил Лебедев.

 – Ей примерно двадцать два или двадцать три года… Никаких особых примет. Паспорта при ней нет, как понимаете. Барышня нормального сложения. Судя по пальцам, тяжелой работой не занималась. При беглом осмотре следов порезов не нашел. Остальное только после вскрытия. Сразу предупреждаю: на таком сроке получить результаты очень тяжело.

– Поправьте, если ошибаюсь: не припомню заявлений о пропаже схожей барышни.

Лебедев согласился: по заявлениям, которые были в каждом полицейском участке, за последние три месяца не проходило пропавшей барышни схожей комплекции и лет.

– Пропала три месяца назад, и никто ее не искал, никому она не нужна, – сказал Ванзаров.

– То, что вас интересует, тоже могу подтвердить после вскрытия…

Ванзаров был рад, что друг понял ход его мыслей. Не зря столько лет вместе.

– Благодарю, Аполлон Григорьевич… Ее лицо можно привести в состояние, пригодное для опознания?

– Есть у меня составчик, недавно соорудил, не было повода испробовать, – мечтательно произнес Лебедев.

 – Потребуется отмачивать вашу красотку не меньше недели.

– Нет времени… Более ничего?

Лебедев наклонился и откинул рогожку, прикрывавшую тело, а затем приподнял угол шали, которую развязал. На скромном платье с высоким воротом, дешевого материала, чуть выше груди была приколота брошь. Золотая, в форме бабочки. На крылышках, где у живых бабочек разноцветные пятнышки, сверкали белые камешки. Криминалисту был обращен немой вопрос.

– Брильянты, мелковаты, но чистой воды, – ответит он.

Ванзаров попросил отцепить брошку и спрятал в карман.

– У меня совсем нет времени, вечером поезд. – Развернувшись, он пошел прямиком к приставу.

Левицкий заметил, что к нему приближается неизбежное, хотел было попятиться, но отступать некуда, позади рампа. Если только прыгнуть в оркестровую яму, что подполковнику совсем уж неприлично. Он жалобно глянул на Александрова, словно ища поддержи. Но хозяину театра было совсем не до того.