Сонет Серебряного века. Сборник стихов. В 2 томах. Том 1

Звучи, о песня, ты мой вздох переживи,

Всех воспевай сестер и каждую зови

Любимой, избранной, царицей мирозданья.

Мадригал

Зачем, в своей красе увериться желая,

Глядишь, красавица, в стекло немых зеркал?

Твой образ, чуть уйдешь, бесследно в них пропал,

Твоя соперница тебя сменит, блистая.

В глаза мои взгляни. Восторг их созерцая,

Слезою страстною увлажив их кристалл,

Поймешь, как жгуч твой взор, как ярок уст коралл,

Как царственно сильна твоя краса живая.

Когда же ты уйдешь к поклонникам другим,

Твой образ не умрет в моих глазах влюбленных,

Но в одиночестве, в тиши ночей бессонных

Возникнет в мыслях вновь он, памятью храним.

И все соперницы, в их зависти змеиной,

Не смогут в нем затмить ни черточки единой.

Поцелуй

Когда в карету сев и очутясь вдвоем,

В объятье мы слились ожиданно-нежданном,

Кругом стояла ночь и в небе бестуманном

Чуть дрогнул мрак пред недалеким днем.

Нас мягко вдаль несло невидимым путем,

И поцелуй наш рос в движеньи неустанном.

Закрыв глаза, сплетясь в блаженстве несказанном,

Мы льнули, таяли, жгли жалом, как огнем.

И время замерло, и не было сознанья...

Когда ж вернулась мысль и ожил взор очей,

Дневной струился свет на улицы и зданья.

И верил я, дивясь внезапности лучей,

Что этот свет возник от нашего лобзанья,

Что этот день зажжен улыбкою твоей.

Треугольник

На пламень уст твоих, лобзаньем воспаленных,

Я отвечал иным – и не твоим – устам,

И мой огонь, как день к подводным льнет цветам,

Сжигал меня лучом, уж раньше преломленным.

Сменив восторг стыда восторгом исступленным,

Мы вкруг любви слились, подобны трем звездам.

И тот, кто жег других, сгорал меж ними сам,

И тот, кто разлучал, был сам звеном влюбленным.

Потом настал отлив. Наедине, в тиши,

Познал я ужас, скорбь, но лишь не повседневность.

Пусть Тайну я убил, но рядом с нею Ревность

Лежала мертвою на отмели души.

И, глядя на сестер, – когда-то их невольник, —

В раздумье на песке чертил я треугольник.

Парижанка

Из башмачка с прилипшим мотыльком

В сквозном чулке, прозрачней паутины,

Нога обнажена до половины,

Зовет, манит. Обтянут стан мешком

Без складок. Только над сухим соском

Растреснут шелк в лучистые морщины —

Соском, что, яд вливая в кровь мужчины,

Не вспухнет для ребенка молоком.

Чрез острый вырез слиты грудь и шея.

Лицо – ничье.