Продавец красок (сборник)

– У нас есть большой выбор отличных красок на любой вкус и для каждого покупателя, – отвечаю я бодро, нахально и достаточно быстро.

Несмотря на то, что я никак не работник Хоум Центра, я делаю упор на «у нас», как бы причисляя себя к общему делу торговли хозтоварами, которое я всего лишь охраняю. Марципан шумно отхлебывает горячий кофе и смотрит на меня с интересом.

– Ты интеллигентный молодой человек, – произносит он.

В переводе это означает: «Оказывается, этот старый хрен еще способен что-то соображать».

Я жду продолжения.

– Шмулик уходит, – Марципан, щурясь от напряжения, делает попытку разгрызть кокосовое печенье и бросает его в корзину для бумаг. – Ты знаешь Шмулика? – задает он риторический вопрос.

Ну кто в нашем небольшом городке (так и хочется назвать его уездным городом N) не знает Шмулика из Хоум Центра, ведь он – вылитый Дуду из рекламы: средних лет лысоватый мужичок в белой майке и красном комбинезоне. Шмулика, которого покупатели «узнают» и братски хлопают по плечу, за которым табунами бегают дети и фотографируются с помощью мобильника на фоне картонной рекламы Дуду.

– А что такое? – осторожно спрашиваю я.

– Семейный бизнес, – Марципан бросает в корзину бумажный стаканчик с недопитым кофе и снова обзывает меня интеллигентным молодым человеком. – В общем так, я хочу, чтобы ты заступил на его место…

В моей голове мгновенно проносится целый вихрь: это значит, что я попаду в штат Хоум Центра; это значит, что у меня будет больше зарплата, а если дела пойдут хорошо, то и какие-никакие бонусы от продаж; это значит, что я буду работать одну смену в день вместо своих обычных полутора; это значит, что у меня появятся хотя бы минимальные социальные условия.

А если одним словом, то вместо полураба я стану человеком – мечта каждого охранника на птичьих правах. И, может быть, я смогу, наконец, купить машину, чтобы по субботам не сидеть дома и зависеть от чужой милости.

– Получать пока будешь, сколько сейчас, а потом – как дела пойдут, – диктует Марципан.

 – Они этого не любят, – он подразумевает мою компанию по охране, которая не дает работникам поступать на работу в места, которые они охраняют. – Но ты мне нравишься.

Я все еще молчу, я хорошо знаю непостоянство Марципана под его глазурной оболочкой.

– Согласен?

– Согласен… – выдавливаю из себя ответ и все еще не верю своему счастью.

Марципан нажимает кнопку на своем телефоне и нетерпеливо слушает гнусавую мелодию давно надоевшего шлягера.