Малые поэмы

Потом полился лепет пылкой речи:

Так, много дней прожаждав первой встречи

Наедине, безмолвное – изустным

Признанием сменяют; бывший грустным —

Стал радостным; и был поверить в силах,

Что женщина пред ним; что в женских жилах

Клокочет кровь, а не струятся токи

Небесные; что столь же к ней жестоки,

Сколь и к нему, вседневные невзгоды…

Она дивилась, как в Коринфе годы

Жил Ликий – и не встретил незнакомки

Прелестной, чьи – неброски и негромки —

Влачились дни, исполнены богатства,

Но не любви; отнюдь не без приятства

Тянулись дни бесцветные – пока

Ей Ликий не предстал издалека

Близ колоннады в храме Афродиты,

Где жертвенники были сплошь покрыты

Плодами приворотными и зельем —

Адонии справляли; но с весельем

Ей знаться было – что в чужом пиру с похмельем…

И Ликий вспрял от смерти к бытию,

Зря деву, и внимая речь сию.

И просиял, уразумевши, как

Лукавства женского был явлен знак;

И всяким изреченным женским словом

Манило юношу к отрадам новым.

Пускай поэт безумный славить рад

Красу богинь лесных, дриад, наяд —

Живущим в чаще, в озере, в пещере,

Им женственная прелесть в полной мере

Не свойственна; ее вложило время

Лишь в камень Пирры, иль в Адама семя.

И Ламия решила очень верно,

Что вожделений плотских пыл и скверна

Богиням чужды – легче строить ков

Без ухищрений, без обиняков;

Что женского надежней нет пути —

Сразить красой – и ею же спасти.

И Ликий, дщерь увидев человечью,

Ответил, вздохи чередуя с речью,

И ласково прелестную спросил:

Достичь Коринфа – станет хрупких сил?

Но Ламия заклятьем тайным вмиг

Свела дорогу дальнюю с трех лиг

До трех шагов; а Ликий сей обман

Прозреть не смог, любовью обуян.

И как ворота града миновали,

Не знал он – да и знать желал едва ли.

Как бред безумца, плыл со всех концов

Коринфа – от заносчивых дворцов,

От улиц людных, и от капищ пышных —

Гулянья гул: подобье звуков, слышных

В начале бури; и вздымался в ночь:

Богач и нищий – всякий люд не прочь

Наедине пройтись, не то сам-друг

По белой мостовой, вкусить досуг;

Огни пиров повсюду зажжены…

Две тени то скользили вдоль стены,

То прыгали по выступам ограды,

То прятались на миг в потемках колоннады.