Поздний гость: Стихотворения и поэмы

Его стихи струились в пустоту,

Легко скользя по чертежу паркета, —

Когда же грань насквозь была пропета,

Она молчаньем жалила пяту.

Так он бродил, без цели и отрады,

Не услаждая слуха ничьего,

И распадалось творчество его

На ребусы немые и шарады.

И понял я. И тайно содрогнулся,

Прижался к бесу в страхе и тоске – —

Он запечатал скважину в замке,

Поморщился и криво улыбнулся.

Париж

1939-1960

* * *

Не надо вечности. Томится

Бессмертием душа моя,

Она не хочет и боится

Повторной муки бытия.

Как будто знает знаньем смутным,

Что ничего страшнее нет,

Чем этот в нашем сне минутном

Почти неразличимый свет.

Из поколений в поколенья

Она измену и любовь,

Их ложь и блеск, прощает вновь

За право самоистребленья.

1939

* * *

Влюбленных парочек шаги

Мотив столетний выбивают,

Правдоподобные враги

Друг друга шпагой убивают.

Кругом поэты собрались

В дрянных плащах, в дырявых шляпах, —

Рифмуют брань, рифмуют запах, —

Они совсем перепились – —

И, розой скомканной играя,

Красотка из монастыря

Зовет на помощь, умирая

В лучах кривого фонаря.

И медленно из-за угла,

От полусгнившего фонтана,

Тень жулика иль д’Артаньяна

Заносчиво к ним подошла.

Тень черная на фоне рыжем

С боков отчетливо видна, —

Над романтическим Парижем

Средневековая луна.

Мой друг, скорее на коней!

Лишь звон и гром вдоль улиц сонных,

Во весь опор в страну влюбленных, —

Гони сильней, гони сильней!

* * *

Дырявый зонт перекосился ниже,

Плащ отсырел, намокли башмаки.

Бурлит фонтан. Весенний дождь в Париже, —

И девушке не избежать руки

Еще чужой, еще немного страшной, —

Она грустит и отступает прочь, —

И с лесенкой фонарщик бесшабашный

Их обогнал, и наступила ночь.

Сгущая мрак над улочкой старинной,

Бесцветные, как рыбьи пузыри,

Висят цепочкой тонкой и недлинной

Ненужные влюбленным фонари.

Всю ночь шумят деревья в Тюльери,

Всю ночь вздыхают где-то на Неглинной.

* * *

Всю ночь парижская весна

Исходит сыростью и мглою,

Внизу неслышная волна

Как бы подернута золою.

Легко качаются дома,

Река туманом затянулась, —

Ты наклонилась и сама

Моей руки почти коснулась.

Что скажешь, мой неверный друг?

Ночная мгла к устам прильнула,

Ночная тьма порочный круг

До безнадежности сомкнула.