Поздний гость: Стихотворения и поэмы

Лишь ветерок легко вздыхает

На хрупком трауре плеча,

И вся она благоухает,

Как погребальная свеча.

Но сердце наше не как прежде,

Движеньем новым смущено, —

Она любила, ей дано

Любить в монашеской одежде.

И в ревности к былым мечтам,

Румянящим ее ланиты,

Отрадно мыслить мне: он там,

Ты предана, ты им забыта.

Я не люблю. Но может быть, —

Живое чувство сокровенно – —

Еще я мог бы полюбить

И преданно, и вдохновенно.

Но светлую судьбу твою

Не наша воля омрачила,

Но в призрачном твоем краю

Ты жребий свой не нам вручила.

Поникшая на рубеже

Двух бездн, враждующих от века,

Ты стала символом уже

Двух назначений человека.

Какая вечность над тобой,

Какие тайные внушенья?

Твой каждый день, твой час любой —

Связь творчества и разрушенья.

А я, моя земная кровь,

Томлюсь и нежностью и страхом, —

Я жду, не улыбнутся ль вновь

Глаза, склоненные над прахом.

Десятый круг

– И я сошел безмолвно и угрюмо

В десятый круг.

Был воздух чист. Лишь где-то меж камней

Мертво блуждали шорохи и шумы.

Вотще смотрел я напряженным взором

По сторонам, – ни крючьев, ни смолы

Я не нашел в прохладном царстве мглы.

Здесь ад казался просто коридором.

Под сводами готическими строго

Клубился мрак. Искусная резьба

Венчала медь граненого столба,

Давившего в железный брус порога.

Но, отойдя подальше в глубину,

Заметил я во впадинах гранита

Квадратные окованные плиты.

То были двери, – я нажал одну.

Учтивый бес помог мне неохотно,

Робел ли он? Не знаю. Тяжело

Плита осела. Бледное стекло

Высокий вход затягивало плотно.

Как в зеркале предстали предо мной

Две плоскости, – паркет оледенелый

И потолок, однообразно белый, —

Два зеркала с потухшей глубиной.

В потоке жидком неживого света,

Там чья-то тень, похожая на сон,

Брела понуро. – Тише, это он, —

Шепнул мне бес, и я узнал Поэта.

Затерянный в жестокой тишине,

Он бредил вслух божественным размером,

Но на челе его, как пепел сером,

Жар музыки чумой казался мне.

Порой как будто рядом проплывала

Другая тень. Тогда его рука

Вздымалась бурно, нежная строка

Звенела четким голосом металла.

Но нет, но нет. Невидимые стены

На горизонте замыкали круг,

Здесь умирал без эха каждый звук,

И были все созвучия – мгновенны.