Четыре птицы

Мне невидно, кто ветками хрустает,

Кто кричит над моей головой,

Лишь черники дрожащие кустики

Покрываются свежей росой.

Я не знаю для этого имени,

Лес надежно секреты таит,

Царь лесной, забери, забери меня,

Посвяти меня в тайны свои.

Туристы

Солнце – мячик, запущенный прямо в зенит,

День карельский, неслыханно жаркий.

Слышны аплодисменты – то утка бежит

По воде перед носом байдарки.

За инструктором лодки одна за другой,

Как за уткой утята.

Вот пристали на днёвку. С затекшей спиной

Вылезают неловко ребята.

Обгорели, промокли, смеются они.

Стало шумно меж сосен.

На полянке остались лишь слепни одни —

Посмотреть, как байдарки выносят.

У туристов закуска и выпивка есть,

Ничего не жалеют.

На стволе в два обхвата удобно присесть,

Только в кустиках надо скорее.

А когда ночь наступит и лес оживёт,

Соберутся у светлого круга.

Вдруг затихнут, и слышно, как жук проползёт.

Зябко жмутся друг к другу.

Ледяные глыбы тишины

Ледяные глыбы тишины,

Сжатые дрожащие колонны —

Чёрных дыр мучительные сны

И ревущей плазмы мегатонны.

В сгустках гравитации летят,

Звёздные беззвучные громады,

И бушует, выгорая, ад

В недрах выгорающего ада.

Но они – лишь искорки во мгле

Растворяясь в петлях расстояний.

Ветви галактических сияний,

Еле различимы на Земле.

Где свод неба выточен и прочен,

В тихой отражается реке,

Метеоры – эти слёзы ночи,

Катятся по бархатной щеке.

Поздний октябрь

Томительная неба просинь

Нежнее, чище и родней.

Рассвет окрашивает осень

В предчувствии бесцветных дней.

Дрожат берёзки между сосен,

Листвы лишённые своей,

Уже не золотая осень,

Она и проще, и скромней.

Глядит с улыбкой виноватой,

На свой поблекнувший наряд,

Но наполняет цветом взгляд

Рассвет сквозь воздух горьковатый.

И окон рыцарские латы

Малиновым огнём горят.

Перелётные птицы

А чёрные птицы, и правда, на юг улетают.

Наполнено небо прощальными криками птиц,

Но люди спешат, люди головы не подымают,

И небо пустеет, устав от опущенных лиц.

А вскоре, наутро, окажутся голыми клены,

И будут под ними, обсыпаны снежной трухой,

Пасти голубей, охраняя от кошек, вороны,

Ещё воробьи не покинут наш город сырой.