Четыре птицы

Чтоб ценить этот твист,

Надо жить,

На холодном ветру умирая.

В лужах город искрист,

Расставляет в отчаянье точки.

Остро пахнущий лист

Вылезает из треснувшей почки.

Есть в портфеле цветном

У Весны ещё хлебные крошки

Я бы стал воробьём,

Чтобы тёплую клюнуть ладошку.

Лучик солнечный, играй

Лучик солнечный, играй,

Это всё на самом деле:

Наша жизнь – цветущий май

В соловьиных чистых трелях.

Стужа, лютая зима,

Город зноем раскалённый,

Боль, сводящая с ума,

Праздник, в раму заключённый.

Жалко плачущий старик,

Умирающий ребенок,

Это только сонный крик,

Голос, сорванный спросонок.

Только морок это всё:

Жажда власти и наживы.

Май цветущий нас спасет:

В тёмной раме – май счастливый.

Подъёмный кран

Подъёмный кран – тропическая птица,

Загадочная надпись – ОСН-3

Москва-река на солнце серебрится,

И сладкой гарью дышат пустыри.

Сюда ведет проезд Южнопортовый,

В тоскливый шлакоблочный пейзаж.

Забор, воняющий покраской новой,

И полуразвалившийся гараж.

Громадные гудят автомобили,

На стенах иероглифами мат,

Как будто в этом запахе и пыли,

Свершается магический обряд.

Бессмысленная злая кутерьма

Алхимика, сошедшего с ума.

Ливень

Июль дождлив и жарок, как субтропики.

Глотает фразы сумасшедший ливень,

И тёмен смысл его невнятной строфики,

И голос его влажный непосилен.

Поёт вода с экспрессией пугающей

О том ли, что все капли сочтены,

Или о солнце в лужах, подсыхающих

Среди внезапной звонкой тишины?

А может быть, предвосхитить пытается,

Долбя ожесточённо водосток,

Как беззащитно свету улыбается,

Прорвавшийся из-под земли росток.

А ливень вниз уйдет. Какая разница,

Что в нежности своей несправедлив,

Что капли с листьев, прыгают и дразнятся,

И тихо говорю: «Июль дождлив…»

Раки

Раки выходят на тёплые камни,

Свиркает кто-то в высокой траве.

Жизнь свою щедро приносит река мне,

Точно туза в рукаве.

Может быть, завтра ей дар возвращу я,

Жизнь свою ей возвратив,

Раки тогда надо мной потанцуют,

Клешни раскрыв.

Будут звенеть комары неустанно,

Мох, наливаясь, светлеть,

И облака будут плыть к океану,

А река будет петь.

Лесной царь

Темнота наступает стремительно,

Я один на дороге лесной,

Шевелящимся в сумраке жителям,

Навсегда бесконечно чужой.