Человеческие истории. Родом из детства

– Что могло бы быть этими не простыми словами для тебя?

– Что-то, что заставило бы его попотеть.

– Например?

Она задумалась…

«Попотеть, – сердился он, – помучить его хочет. Милое, красивое… и такое кровожадное создание».

«Встал и вышел! – закричал внутренний голос. – Совсем с ума сошел?! До оценок опустился?! Включил тут мужскую солидарность, марсианин хренов».

Он аж вздрогнул, когда она, почти подпрыгнув на стуле, резко сказала:

– Есть. Придумала!

– Отлично! Поделишься?

– Да, конечно.

Пусть это будет ответ в стихах. Пусть напишет мне стихотворение, где я увижу, что он понимает меня, понимает, как Я смотрю на это, как Я чувствую эту ситуацию.

– Что ты тогда почувствуешь?

– Я почувствую, что от меня не отмахиваются как от мухи, а действительно…

Она зависла, и только палец машинально продолжал бесконечно наматывать на себя светлый локон ее волос.

– А действительно что? – не выдержал он.

– А действительно видят во мне только друга.

– А он сможет?

«А тебе-то что? – негодовал внутренний голос.

 – Чего это ты за него так беспокоишься? На себя рубашку примеряешь, что ли? Ты еще отговори ее – спаси мужское братство. Ты сейчас чьи задачи решаешь?»

– Напряжется, – дерзко и с вызовом в голосе ответила она. – Хочет остаться друзьями, пусть поработает на эту дружбу.

– Что ты сейчас чувствуешь?

– Я думаю, что нормально. На днях его увижу и озадачу.

– Хорошо. А чувствуешь-то ты сейчас что?

– Радость, облегчение, – но в ее голосе не пропала еще нотка злости.

«Я помню, помню, – сказал он своему внутреннему голосу. – Океан переплывать будем как-нибудь в следующий раз».

Время сессии подходило к концу, и надо было завершать.

– Хорошо. Что ты собираешься сейчас делать?

– Я поговорю с ним. Пусть сочиняет мне объяснительную, – она улыбнулась.

Улыбка была искренней, и он понял, что сегодня действительно можно остановиться на этом.

– С чем ты придешь на следующую сессию?

– Со стихотворением, – засмеялась она.

– Я буду ждать, – сказал он, наблюдая, как она аккуратно складывает свой платочек.

* * *

Он уже и думать про нее забыл. Почему-то решил, что больше она не появится. Но она позвонила. Четвертая сессия была назначена в том же месте.

Он приехал пораньше и уже допивал свой кофе. Встречаться в кофейне было не лучшим вариантом, на территории клиента – тем более, а личным кабинетом он еще не обзавелся.

По утрам зал был пустой, и это сильно упрощало задачу.