Сентименталь

Прогуливайся, но не забывай, что гулять лучше всего не в одиночку.

Он вновь рассмеялся и отправился к Хасиму Руфди, прихватив с собой шахматы. В последнее время они полюбили эту игру. Кажется, всё началось с какого-то математического спора, но я не могу утверждать точно.

Я же вновь остался один и долгое время, вынужден признать, сердился на Клауса фон Дирка за его острый язык. Однако, вскоре мне удалось понять, что обвинять надо в первую очередь самого себя. Этот разговор дал мне пищу для размышлений, и я нашел причину своей трусости.

Агнетт нравилась мне столь сильно, что я боялся испортить все неосторожными словами и поступками, а потому предпочитал бездействовать.

«Ну же, Ганс, – зло сказал я самому себе. – Ты боишься даже попробовать, а между тем, вдруг от тебя ждут именно этого? В твоем возрасте даже шанс рискнуть предоставляется не так уж часто. Вскоре путешествие закончится, а если ты не воспользуешься этой возможностью, то будешь жалеть всю жизнь!»

Признаюсь, этот внутренний монолог не сразу возымел действие.

И в той или иной форме мне пришлось проговорить его несколько раз, прежде чем удалось себя убедить.

Но перед этим произошли события, оказавшие влияние, как на путешествие, так и на мою судьбу, а также судьбы моего господина и некоторых других людей, ехавших с нами.

Глава IV

В один из дней к Зигфриду спешно подъехал отправленный вперед разведчик. Нам с господином со своего места не было слышно ни слова из того, что он сказал, но, судя по его взволнованному лицу, случилось что-то действительно важное.

Выслушав, Зигфрид резко и быстро отдал какие-то приказания, а затем вместе с парой стражников понесся вперед, будто бы речь шла о жизни и смерти.

Вскоре нам удалось узнать, что это действительно так.

– Есть ли среди вас кто-нибудь знакомый с искусством врачевания? – спросил один из воинов.

– Я разбираюсь в анатомии и немало знаком с лекарским искусством, – отозвался мой господин. – Что произошло?

– Мы нашли раненого.

Капитан отправился за ним. Кажется, на него напали разбойники.

– Я помогу чем, смогу.

Сказав это, Клаус фон Дирк принялся искать в наших пожитках хирургические инструменты, а также снадобья и травы. Не зная характер ранений, он достал все, что могло пригодиться. На лице же господина читалось искреннее любопытство.

– Всегда интересны такого рода встречи, – шепнул он мне. – Иногда, Ганс, я начинаю верить в существование судьбы.