Ковчег XXI

На> борт ковчега безвестный поднимется кормчий —

тот, что в бессмертье сойдет на горе Арарат.

Вот такое кино

Вот такое кино: я давно уж москвич москвичом.

И созвездий рядно над моим не пылится плечом.

Осиянно везде. Словно черпали свет решетом.

Только места звезде нету в небе моем обжитом.

Я живу втихаря и не зря ото всех утаив

канитель фонаря и ночной Каламитский залив.

Полуночницы смех. И напрягшихся звезд имена.

И дорожку – из тех, что, вздыхая, стелила луна.

Потому я и жив, что в себе я храню до сих пор

и прибоя мотив, и плывущий по небу собор.

Маету маяка. И его будоражащий свет.

Через годы, века. Через тысячу прожитых лет.

Дом

Поразвеяло нас по большим городам.

Опустели давно родовые дворы.

Но влеченье туда, к облакам и прудам,

объявляется все же с недавней поры.

Как я ждал, как свидание то предвкушал,

как себя за разлуку привык я корить…

Этот сад оскудел, этот дом обветшал,

покосился забор – и ворот не открыть.

Нет ни матери тут, ни родного отца.

Паутина в окне, в огороде осот.

И никто никого не окликнет с крыльца,

и заветную почту никто не несет.

Эти двери ничьих не дождутся внучат.

В одичалом саду топоры застучат.

Соловьи замолчат, ощущая нутром:

отчужденный, надменный возвысится дом.

В потемках

Долетело, дошло сказанье, дотянулось из уст в уста.

Породило его касанье перекличку воды, куста.

И по легкой его походке, по движению облаков

мне почудилось: одногодки – я и чуткая тьма веков.

Я себе показался вечным, как река, и луна, и рожь.

И Путем пробежала Млечным вековая степная дрожь.

То ли птица страдала где-то, понарошку или скорбя.

То ль поскрипывала планета, обращаясь вокруг себя.

Время любви

Выпадет каждому время негромких речей,

ладно журчат они, словно тихоня ручей.

Так вот воркуют безумные голуби между собой

или толкует о чем-то песчаному пляжу прибой.

Мягкое ластится слово, как беличий мех,

медленными поцелуями давится смех.

Это мгновение вдоха и страсти становится вдруг

целой эпохой коротких свиданий и долгих разлук.

Эрой-изгоем с клюкой и холщовой сумой.

И ледниковой окрестностью жизни самой.

Весенний дождь

Весенний дождь не морок вам осенний, тоску и скуку

сеющий с утра.

Ликует май – счастливая пора коротких гроз и сладких

потрясений.