Океан. Черные крылья печали

Время от времени он подносил ее ко рту, и тогда облачко белого дыма устремлялось к небу, словно желало присоединиться к тем белесым невесомым островкам, что бороздили небесные просторы в эти утренние минуты.

– Buongiorno, синьор Гацци! – воскликнули в унисон Леопольдо и Ангелика, улыбнулись и подняли руки в приветственном жесте.

– Как ваше здоровье, синьор Гацци? – спросила Ангелика, открывая дверцу автомобиля и кладя сумочку на пассажирское сиденье. – Вижу, вы снова с сигарой. Не бережете вы себя, синьор Гацци.

– Как же не берегу? Конечно же, берегу. Видишь, дорогая, курю не в квартире, а на свежем воздухе, – старик рассмеялся и дернул за козырек кепки.

– Эх, синьор Гацци, после смерти вашей жены вы совсем перестали заботиться о здоровье. Вам нужен кто-то, кто бы о вас позаботился. Какая-нибудь милая симпатичная старушечка, – Ангелика улыбнулась и отбросила в сторону непослушную челку, затем повернулась к Леопольдо за поддержкой:

– Правда, милый?

Леопольдо ничего не сказал, лишь улыбнулся и посмотрел на старика.

– Знаете, синьор Гацци, Леопольдо до встречи со мной тоже любил покурить, а сейчас вот уже второй год как не курит.

– Ну, если бы рядом со мной была такая милая и симпатичная синьорина, тогда, может быть, и я не курил бы, – старик улыбнулся, затянулся и пустил колечко дыма.

Парочка воробьев затеяла ссору на ограде в нескольких метрах от синьора Гацци. Тот махнул палкой и крикнул:

– А ну, чего раскричались, словно живете вместе не один год?

Летите, устраивайте ссору в другом месте.

– Ангелика, честно признаюсь, я бы давно бросил эту пагубную привычку, но на то она и привычка, так легко не отделаешься, – старик вновь устремил взгляд на девушку.

– Но вы бы хотя бы попробовали, синьор Гацци. Вы же даже не пробовали.

– Пробовал, – кивнул старик. – Раз тысячу, никак не меньше. Еще когда Бьянка жива была. Не так-то это просто, особенно когда у тебя отношения с этой проклятой привычкой крепче, чем с женой. С Бьянкой мы прожили вместе сорок пять лет, а курю я все пятьдесят пять.

– Сорок пять лет. Ты слышал, Леопольдо? И я хотела бы, чтобы мы с тобой прожили не меньше сорока пяти лет. А ты хотел бы?

– Конечно, хотел бы, – рассмеялся Леопольдо. – Два года мы с тобой уже прожили, осталось как минимум сорок три года.

– Почти прожили, – поправила Ангелика.

– Почти, – согласился Леопольдо. – Но скоро будет два… Эй, Ангелика, двадцать минут девятого. А мне еще тебя надо на работу отвезти.