Катунь Коварная

Сваленный на пол Петриков, не сразу сообразив, что произошло, еще находясь на самом пике мужской эйфории, попытался встать, но ноги его подкашивались. Ослабев от перенапряжения мощного мужского порыва, вставая, он свалился на пол. И упершись двумя руками в пол, пытаясь собрать все силы, он стоял на четвереньках совершенно голый.

Ворвавшись в чужое пространство не по своей прихоти, а, наоборот, за помощью, Прокопыч, видавший разные виды, за свою не малую жизнь, начал пятиться к двери. Не закрывая рта, он уперся в захлопнутую дверь кабинета и начал буксовать по ней, царапая грязными руками.

– Я конечно извиняюсь Виктор Андреевич! Но там…– Прокопыч, показал рукой на выход, сжимая грязную рабочую рукавицу.

– Там, весь механизьм – то встал! – Он взглянул на поднимающегося Петрикова, кивая на его неприкрытый стыд.

– Транспортерная лента не работает. Как же мы скотину кормить-то будем с такими делами, а Виктор Андреевич? – Прокопыч вытянул руку с зажатой в ней грязной рукавицей вперед, как Владимир Ильич.

– Надо, что-то делать! А то ведь вон оно что! План то все одно сдавать надо. А без кормов-то оно как? – Он развел руками в стороны.

Петриков окончательно придя в себя, быстро надел брюки и пиджак на голое тело. Не одевая носки, сунул ноги босиком в кирзовые сапоги, метнулся к Прокопычу и прижал его к двери кабинета.

– Я не знаю, как там с транспортерной лентой и кормами для скотины, но послушай сюда! – Петриков взял Прокопыча за грудки и вплотную подтянул его к своему подбородку.

– Во-первых! – Петриков с яростью выдохнул Прокопычу в лицо. – Во-первых, надо стучаться, когда входишь к начальнику в кабинет! А во-вторых, там есть ремонтная бригада. А в-третьих, если ты, хоть слово вякнешь, что тут видел, я тебя собственными руками удавлю! Ты понял? – Петриков неистово заорал на весь кабинет.

Прокопыч, от такого внезапного натиска, вновь начал оседать у входной двери в кабинет.

– Да, что Вы Виктор Андреевич, как же можно! Я нем как рыба. Да я ж, ни когда и ни кому ни-ни! – Перешел на шепот Прокопыч, понимая, что разъяренный управляющий может двинуть ему между бровей.

– Я ж, чего талдычу-то! Там у нас полный аврал. Транспортерная лента встала и верхняя и нижняя. Ни накормить скотину, ни убрать за ней! А к вечеру точно поплывем в навозе! Надо, что-то делать.