Глас Времени

 – Чего разлегся, мразь этакая? Притворяться вздумал?! Знаешь, кого ты подстрелил?

Солдат выражается по-немецки, но Иосиф отлично его понимает.

– Очнись… Очнись! – он пинает Иосифа в бок тяжелым сапогом. – Очнись! Слышишь? Я забью тебя до смерти!

Еще пинок, еще… Голос немца становится каким-то женским. Затем милым и даже ласковым. Иосиф открывает глаза и видит женщину, сидящую возле него в пассажирском кресле самолета. Она тычет его в бок.

2

– Очнитесь… Мужчина, вам плохо? Я вызову стюардессу.

– Нет-нет, подождите.

Со мной все в порядке, – заверяет Иосиф, хотя сам не шибко-то верит в это.

– Вас трясло. Вы громко кричали.

– Всего-навсего скверный сон, – отмахивается он.

Иосиф приподнимает голову, оглядывает салон, и видит, как на него смотрит пара десятков удивленных человеческих глаз. Жутко неловко.

– А что я такого кричал? – смущенно интересуется он у соседки.

– Да так, ничего особенного… Что-то про родину и партию.

Монотонно гудят двигатели. За иллюминаторами плывут белые облака.

«Все хорошо. Это всего лишь сон, – про себя успокаивается Иосиф. – Слишком странный, конечно, но все же обычный сон»

Впереди две недели путешествия по Германии. Он долго ждал этой поездки.

Сейчас июль 2015 года. В Москве было жарко. В Мюнхене обещают дождь. Иосиф закончил свои школьные и репетиторские дела и полетел в заслуженный отпуск, в страну, которую мечтал посетить уже добрый десяток лет, с тех самых пор, как стал преподавателем немецкого языка в старших классах.

Он одинок. Жена два года назад ушла к другому мужчине. Сказала, что больше не может терпеть его вечной увлеченности делами, которые не приносят доход. «Либо ты начинаешь зарабатывать, либо я от тебя ухожу», – говорила она каждое утро, когда он брал чемоданчик, в котором педантично хранил учительские принадлежности, и уходил на работу. «Ты как проклятый учишь тупых сосунков и ничего с этого не имеешь! – кричала она. – Пойди-ка, устройся в дом к богатеньким, там хоть платить будут. А то так и помрем: жалкий учителишка и его истощавшая жена».

Терпеливый Иосиф долго выносил ее сцены – что для нормального мужчины, в общем-то, сложно – и, наконец, в один незабываемый вечер позвал ее к столу и высказал все, что о ней думал. Ошарашенная женщина в тот же вечер хлопнула дверью.

Он пил горькую целый месяц, месяц не появлялся и в школе. Но, просохнув после очередной одинокой попойки, решил взяться за дело. Сперва извинился перед директором и вернулся за кафедру.