Клуб достопочтенных шлюх

Нет, конечно же никакого парня прошлой ночью не было, приключение с Тридцать Седьмым прошло великолепно, да и Ник был не похож на трясущегося от переполнявших его эмоций юнца; однако что – то в его душе все же было. Что – то светлое – он не хотел нанести раны, скорее переключить внимание было его первой целью; однако банальная доброта не являлась помехой для Списка. Она уничтожит и его, как делала с другими и раньше. Он – идиот, готовящий ей завтрак; он – палач, вытачивающий по своей шее топор.

Оторвав голову от подушки, она села.

– Ай, черт, Аннета! – вскричал Ник, голый, в одном фартуке. С сожалением сказал. – я не привык к гостям, да и вчера, как понимаешь…

– Но ключ – то можно было поднять! – с досадой бросила она. – Там что… – начала она, показав рукой на дверь, ведущую в кухню. Ник, улыбнувшись и пожав плечами, испарился в направлении кухни, где вовсю подгорал омлет.

Наскоро приняв душ и одевшись, она вышла на кухню, где задумчивая позиция Списка пила остывший кофе.

– Я его спас! – с гордостью улыбнулся Ник. – Но он уже остыл… долго ты.

– Надо было подумать. Извини.

– За омлет? Брось ты. Хочешь, у меня еще остались…

– Да я не об этом. – Увидев обеспокоенное лицо Ника, Аннета чуть не прыснула ему прямо в лицо. Сделав многозначительную паузу и вдоволь посмеявшись про себя, продолжила. – Знаешь, о чем.

– Всегда можно забыть! Понимаешь, если…

– Не получится. Вернусь к нему! Точно вернусь. – с убийственной горечью чуть не прошептала она, смотря в пол.

– А мне что прикажешь?

– Жить? Знаешь, Ник… а, не уверена, что это стоит говорить. Точно, не стоит. Пойду я. – и Аннета Боунс начала вставать.

Ник вскочил, прижав ее к себе. Сказал:

– Ты же не хочешь? Туда, к нему?

– Нет, хочу здесь, но… – Аннета изобразила муку на лице, потом сомнение. С первым объясняться было еще довольно трудно, да даже с пятым, но с тридцать седьмым? Аннета могла разыгрывать постановки, даже не зная запланированных сценариев.

Она знала, что за этим последует. Это всегда следует за попыткой побега – мнимой и жестокой по отношению к хозяину замка; хотя дракон или же злодей из Ника такой же, как и из нее – принцесса.

Конечно же, она отдалась ему прямо на полу кухни.