Резиновая чума

 – Садитесь, милый!

Он взял Петра Клутыча под руку, подвел к телевизору и усадил в кресло, смиренно вздохнувшее.

– Вы дурак, – сказал доктор, глядя пациенту в глаза. – Вам это известно?

Петр Клутыч непонимающе кивнул. Ему не дали возможности возмутиться, потому что доктор сразу загипнотизировал его уверенным и доброжелательным взглядом. Негоже перечить родному отцу.

– Ничего вам не известно, – сам себе возразил Протокопов. – Полотенце постелите на колени. Вы знаете, что это такое? – он указал на телевизор.

И, не дожидаясь ответа, растолковал: – Это двадцать пятый кадр. Вы будете смотреть передачу и медленно проникаться мыслью о вашей неизлечимой глупости. Вам повезло. Дурак не видит себя со стороны. Но мы вам посодействуем.

– Зачем? – вырвалось у Петра Клутыча.

– Ради вашей безопасности. Это уж вам ответственный товарищ объяснит, – Протокопов кивнул на Балансирова, который тоже кивнул – в общем, все они втянулись в кивание, в том числе – молодой ассистент, который кивал двум видеокассетам, не зная, какая лучше.

– И подкуем, – добавил Балансиров. – В отношении гражданской позиции.

– Совершенно верно, – доктор дернул себя за маленький, усохший нос. – Модернизируем архетип. Вы меня не слушайте, это вам ни к чему. Кого бы тебе подселить в башку? – он перестал обращаться к Петру Клутычу и рассуждал сам с собой.

– Вот эти два, по-моему, сгодятся, – напомнил о себе ассистент.

– Дайте-ка взглянуть. Хороший выбор. Похвально. Только лазерное шоу при дворе Анны Иоанновны не пойдет.

Это будет слишком поверхностный образ, на грани прорыва в сознание. Надо копать глубже! Вот второй мне нравится больше, корневая картина. Илья Муромец с ядерным щитом. На свинцовой кобыле. Такого надолго хватит, как вы считаете? – Протокопов обернулся к Балансирову.

Капитан уважительно выставил палец.

– Так я и думал, – вздохнул Протокопов. – Надевай, дружок, наушники. И очечки надвинь, чтобы по сторонам не глазеть.

Петру Клутычу стало не по себе.

– А уколов не будет? – пролепетал он, надеясь шуткой увериться в общей доброжелательности.

– Будет, – доктор махнул ассистенту, который уже растягивал жгут, будто удавку.

– Какая же это диспансеризация, – сообразил, наконец, Петр Клутыч.

– Никакая, – согласился тот и с неожиданной силой придержал его за плечи.

– Кулачком поработайте, – велел ассистент.

Петр Клутыч сжал кулак и попробовал замахнуться.

– Да не так, что вы делаете! Сжимайте и разжимайте.