Последние из Валуа

Она донельзя напрягала зрение, чтобы рассмотреть, кто ее остановил и кто с ней говорил, но не увидела ничего, кроме двух черных мужских фигур в масках перед собою и трех таких же возле лежавшего немного в стороне Орио, связанного по рукам и ногам.

Тем временем Зигомала, так как говорил именно он – почему маркиз Альбрицци уступил ему это право, мы узнаем позднее – позволив мнимой графине Гвидичелли немного перевести дух, спросил:

– Прежде всего, скажи нам, откуда ты едешь, Елена Тофана?

– Я не Елена Тофана! – ответила итальянка.

– Лжешь! Хоть я и не знал тебя до сих пор, со мной есть люди, которые давно тебя знают и которых ты тоже знаешь довольно хорошо.

– И что же это за люди?

– О, какой вопрос! Раз уж они предоставили мне право разговаривать с тобой, значит, не хотят, чтобы ты их узнала… Так говори же, откуда едешь?

– Из замка Ла Мюр, – ответила итальянка, поняв, что молчанием тут ничего не выиграешь.

– Что ты там делала?

– Я устала в дороге и попросилась отдохнуть.

– Что происходит в данный момент в Ла Мюре? Мы слышали по пути сюда, что туда ворвался барон дез Адре. Это верно?

– Верно.

– Сколько с ним людей?

– Я их не считала.

– Приблизительно?

– Приблизительно… около пятидесяти.

– И гости барона де Ла Мюра не защищались?

– Их застали за столом… по большей части безоружными.

– Ну да! А солдаты дез Адре, конечно, хорошо вооружены?! Но тебе-то как удалось улизнуть от него?

– Я и не улизнула, а предъявила дез Адре мою охранительную грамоту, подписанную одним влиятельным лицом.

– И барон поспешил отпереть тебе двери? Конечно, убийцы всегда обмениваются любезностями. Волки не едят друг друга. А что, по твоему мнению, будет с бароном де Ла Мюром и его гостями?

– Я не предвижу будущего.

– Я спрашиваю тебя не о будущем, а о прошлом. Предлагал ли дез Адре пленникам какие-то условия?

– При мне об этом речи не было. Впрочем, вам известно, каков дез Адре, не хуже, чем мне.

– Да уж! В этом барон похож на тебя: унюхав кровь, он ее пьет, не так ли?.. Что ж, об этом довольно, Тофана; теперь – о другом. Зачем ты едешь в Париж?

– Не знаю.

– Новая ложь! Тебя вызвал флорентиец Рене, парфюмер Екатерины Медичи; это он выдал тебе охранительную грамоту, которая выручила тебя в Ла Мюре. Рене весьма сведущ в составлении ядов. Вы оба когда-то обучались этому искусству во Флоренции.