Последние из Валуа

Однако луна скрылась, ночь уж на исходе… Быстренько поджигаем замок, дети мои… и уходим!

Глава V. Люди в черном. – Перед отчаянием – страх. – Он смеется!!!

В тот же день, 17 мая 1571 года, примерно в тот же час, когда графиня Гвидичелли, путешествующая со своим оруженосцем Орио, просила гостеприимства в замке, которому вскоре предстояло быть уничтоженным бароном дез Адре, пятеро всадников, ехавших по Итальянской дороге, вступали в небольшую деревушку Сен-Лоран, отстоявшую от Ла Мюра на несколько льё.

Одетые во все черное, они были на вороных конях и – примечательная особенность – имели к тому же черные бархатные полумаски на лицах, которыми издавна пользовались в Италии те, кто желал предаться удовольствиям или каким-либо делам, оставаясь неузнанным, и которые вошли в моду во Франции при Франциске I.

Выглядели они весьма необычно, эти пятеро странников, необычно и зловеще!.. Столь зловеще, что, когда они въехали в вышеназванную деревушку, каждый крестьянин, каждая крестьянка, повстречавшиеся им на пути, спешили отскочить в сторону, бормоча про себя ту или иную молитву.

Еще бы! В те времена даже в Париже многие боялись (и боялись жутко, уверяю вас) дьявола – могло ли быть иначе в провинции?

А, повторимся, вид этих пятерых странников отнюдь не внушал доверия! К тому же, и день уже клонился к закату, а всем известно, что с сумерками, словно летучие мыши, на улицы высыпают всевозможные злодеи…

Пустив лошадей рысью по главной, и единственной, улице Сен-Лорана, пятеро всадников достигли гостиницы – так же единственной в этой деревне – «Серебряный лев».

Перед дверью «Серебряного льва» их ожидал шестой всадник – на таком же коне и в такой же одежде, он так же, как и они, был в маске. Обменявшись парой слов с тем, кто ехал во главе группы – должно быть, начальником, – он почтительно поклонился и умчался по той же дороге, откуда приехали вновь прибывшие.

Начальник обернулся к своим спутникам.

– Пока все идет хорошо.

– Будем только рады, синьор Луиджи! – ответили на том же языке вопрошаемые.

Двое остальных – вероятно, слуги, хотя, как мы уже сказали, их одежды ничем не отличались от одеяний хозяев – соскочили с лошадей, чтобы принять поводья из рук синьора Луиджи и господ Зигомалы и Скарпаньино.