Жемчужница и песчинка

Ты истомлен, и твой усталый рот

К лобзаньям горьким не имеет вкуса.

Когда же был наш час, о мой Иисусе?!

Теперь к земле мы никнем в свой черед.

Robert Frost

Come in

As I came to the edge of the woods,

Thrush music – hark!

Now if it was dusk outside,

Inside it was dark.

Too dark in the woods for a bird

By sleigh of wing

To better its perch for the night,

Though it still could sing.

The last of the light of the sun

That had died in the west

Still lived for one song more

In a thrush's breast.

Far in the pillared dark

Thrush music went —

Almost like a call to come in

To the dark and lament.

But no, I was out for stars:

I would not come in.

I meant not even if asked,

And I hadn't been.

Роберт Фрост

Войди

Как дошел я до края лесов,

Дрозд чиркнул – трень!

Сгущался вечерний покров,

Внутри мрак и тень.

Нет сил в цепенящей мгле

У певца, ворохнувшись, сесть

Поудобнее на ночь в тепле;

Но он мог еще спеть.

И в грудке живой души

В такт тремоло трепеща,

Последний из отблесков жил

Умершего солнца луча.

В колоннах дворца темноты

То пенье лилось —

Почти приглашенье войти

В обиталище слёз.

Но нет, я в мерцанье светил:

И, будь приглашен,

Я все же не стал бы входить,

А зов не пришел.

William Shakespeare

LXVI

Tired with all these, for restful death I cry, —

As, to behold desert a beggar born,

And needy nothing trimmed in jollity,

And purest faith unhappily forsworn.

And gilded honour shamefully misplaced,

And maiden virtue rudely strumpeted,

And right perfection wrongfully disgraced,

And strength by limping sway disabled,

And art made tongue – tied by authority,

And folly, doctor – like, controlling skill,

And simple truth miscall'd simplicity,

And captive good attending captain ill:

Tired with all these, from these would I be gone,

Save that, to die, I leave my love alone.

Вильям Шекспир

LXVI

К покою смерти, ибо изнурен,

Взываю я, пресыщен мира злом.

Взирать на сирых нищих принужден,

И на плюмаж нарядный над ослом.

И на богатство, доблести врага,

На поношенье веры, легшей ниц,

На силу, охромевшую в бегах,

На поруганье девственных юниц,

На оклеве?танную красоту,

На злых глупцов самодовольный вид,

На стыд художеств, коих немоту

Тщеславье, низкий цензор, властно бдит.