Между двух братьев

Я тоже пробовала с ним переглядываться, но из своей природной стеснительности мне не удавалось пересмотреть его, как это удавалось другим девочкам и они заигрывали с ним мне назло. Я же ему и слова не говорила, а только молча обижалась за то, что он вёл себя нагло, чем вызывал во мне не симпатию, а ненависть…

В юности, наверное, у каждого дружба завязывается с какого-нибудь приятного для обоих пустячка. Помню, у Артёма на столе я увидела книгу М. Рида «Всадник без головы». Артём перехватил мой взгляд и тотчас же взял со стола предмет моего созерцания и жестом великодушного человека вручил мне свою книгу.

Признаться, я этого от него не ожидала, и его отзывчивость мне глубоко запала в душу. С того момента я почувствовала, что между нами могут завязаться близкие отношения. И у меня возникло такое желание, чтобы он больше ни к кому впредь так не относился, а как только ко мне.

Когда я вернула ему прочитанную книгу, Артём предложил Ф. Купера «Последний из Могикан», и признался, что у него целая библиотека приключенческих книг, которую собирал отец и старший брат.

В тот день он пригласил меня к себе домой. Я с интересом рассматривала подписные издания, которые видела впервые. Так что наша дружба завязалась с обоюдного пристрастия к литературе. Но мы были в том ещё зыбком возрасте, когда можно было легко её оборвать какими-то новыми увлечениями.

Однако этого не произошло, мы по-настоящему привязались друг к другу. И наши отношения, казалось, день ото дня крепли и мы понимали, что недалеко было то время, когда мы вместе вступим в самостоятельную жизнь.

Я бы никогда не подумала, что наша дружба спустя время поможет мне определить мою дальнейшую судьбу.

Но были случаи, когда я видела, как к другим девчонкам он относился внимательней, чем ко мне, и я его ревновала, но ему этого не показывала. И в такие моменты я к нему охладевала. А он, видя это, начинал при посторонних вести себя со мною развязно. Я старалась поставить его на место, требовала от него ответа: чем заслужила такое его неуважительное ко мне отношение? Артём отвечал, что я сама даю повод своим равнодушием.

А ему надоедало быть послушным паинькой.

К тому же одноклассники начинали над нами подшучивать, дескать, привязался к юбке. Я была готова разорвать наши отношения. Видя, что я не шучу, он боялся меня потерять в угоду своим друзьям. И тут Артём из озорника опять превращался в вежливого юношу, он извинялся, и я прощала ему свои обиды.