Яблоко раздора. Уральские хроники

Яблоко раздора. Уральские хроники

Георгий Викторович Баженов

Любовь – основа жизни, залог бессмертия человека. Именно этой теме, теме любви, посвящены произведения известного русского писателя Георгия Баженова.

Эта книга – о сильных русских женщинах. Действие книги происходит на Урале, на родине писателя.

Георгий Баженов

Яблоко раздора. Уральские хроники

I

Яблоко раздора

Памяти Любови Баженовой

Глава первая

Иван подымался в дом по высокому крыльцу осторожно и тихо.

Не успел он переступить порог, как Маша, жена, метнулась в большую комнату.

– Маша! – позвал Иван.

Маша не ответила.

– Маша! – уже крикнул он. – Жена!

Она вышла из комнаты, скрестив на груди руки, и с гордой независимостью посмотрела на мужа.

– Ты чего прячешься? – спросил он.

– С чего это ты взял?

– Да вот, как зашел – ты и метнулась, а потом зову, зову – не отвечаешь… – Он пристально и серьезно разглядывал жену и старался угадать, случилось все-таки что или нет.

И все же решил не торопиться с расспросами, разделся, прошел на кухню, помыл руки, сел за стол:

– Накормишь?

– Сам накормишься!

– Накормлюсь, не без того… – Он обиженно запыхтел, догадываясь, что и смелость эта неспроста, есть для того причина.

Маша стояла, опершись на косяк, все так же скрестив на груди руки, и, презрительно оттопырив нижнюю губу, смотрела на мужа:

– Что, она-то плохо тебя кормит?

– Кто – она?

– Да она! – твердо сказала Маша.

– А… – неопределенно протянул Иван, а про себя подумал: «Тебе можно было, а мне нельзя?..»

Налив щей, он начал хлебать.

– Телеграммы тут принесли, – словно невзначай сказала Маша.

– Телеграммы-ы?.. – Он поднял на жену как будто радостные и озорно-шалые, а на самом деле испуганные, в глубине, глаза, криво улыбнулся.

– Сын приезжает, демобилизовался! – Она сказала это с твердой и открытой радостью.

«Вот оно что-о! Вот что-о!..» – Искреннее и легкое счастье скользнуло на лицо Ивана.

– А эта, – показала жена, – видать, от сестры твоей! Срочная! – И бросила мужу телеграмму. – Не бойся, не распечатывала. Мне ведь нельзя, – сказала она с издевкой, – вмешиваться в ваши родственные дела!

Отложив ложку, Иван нагнулся, поднял с пола телеграмму, распечатал.