Ночь

А ты съешь мягких французских булок,

да выпей еще чаю.

И пусть весеннее солнце смотрит грустно в грязные окна,

заглядывает тебе в душу, в твой пыльный кокон,

Но как расцветают вещи, разбуженные его взглядом!

Кастрюли, кружки, и ты, который

понял, что так и надо.

А.

Ты – как камера, установленная в парке.

Люди мелькают перед твоими глазами,

и сезоны сменяют друг друга.

Но ты не видишь в этом круга,

потому что все идет и остается таким же, как раньше.

Все проходит, проходит мимо,

но только в одну сторону, в одну сторону.

Все проходит, все происходит, а жизнь не движется.

Снова трясут мешок с номерами лото.

Снова трясут решето,

которое наполнено камнями.

И ты смотришь на снег целыми днями.

Сейчас ты смотришь на снег,

ему должно быть страшно падать на грязь,

может быть, он хотел бы совсем не упасть.

Но ты знаешь – снег ничего не хочет.

Ничего ты не знаешь, впрочем.

…А потом случается то, чего все так ждали.

После начинается вся эта чушь,

про то, что прелесть не в событии, а в ожидании,

и все ходят из комнаты в комнату в молчании.

Только ты один ничего и не ждал,

и со стула своего не вставал.

И все уходит, как твоя жена,

которую ты любил такой, какой она всегда была.

Но она похудела и набила татуировку.

Потом ушла.

Из накуренной комнаты выйдешь,

свежий воздух попробуешь,

вернешься, поставишь Дэвида Боуи.

А потом что?

Откровение

То ли солнечный ветер шумит в ушах,

то ли корчь литосферных плит;

Моря вздох разорвал диафрагмы дамб,

а за лесом стоит ледник.

К нам опять приезжает сгоревший цирк —

смех, вода, головешки, вонь.

Дым и пар – на небо. Вниз – божья любовь

и снежинки (но их не тронь).

И то ли Ангел, у барной стойки уснув,

потерял и нимб и трубу,

то ли Локи курнул и на все забил,

не поверив в свою судьбу,

но вчера корабль из мертвецких ногтей

заходил в наш порт.

выбирает треску из его сетей

некто в черном – старик иль зверь.

В центре города, в парке, где спят бомжи,

и деревья в мороз трещат,

пляшут феи, закинувшись ЛСД,

великаны ж, невнемля, спят.

И на всяк пожарный ушли в зоопарк

все тельцы и орлы, и львы.

Апокалипсис встал, не окончив бал,

и навечно застрял посреди главы.

Ночь #1

Ночью, в окружении пустых бутылок,

все становится сразу понятно.