6 ЛИТО

* * *

…И вдруг заметишь неудачным днем,

Дворцовый мост пройдя до середины:

Все в направленье движутся одном,

И оттого ты видишь только спины.

И проходя сквозь моросящий дождь

Под небом, оседающим на крыши,

Вдруг на мгновенье быть перестаешь

Одним из тех, которые не слышат.

И в этой смеси грязи и тоски

Все, как один, толкущиеся возле,

Становятся понятны и близки,

Как никогда до этого и после.

* * *

Что воодушевляло?.. Пустяки.

Но жизнь другими пробуя глазами,

Я б не сказал, что я пишу стихи —

Стихи себя всё чаще пишут сами.

Они приходят словно бы извне,

Когда прижмет или когда досужно…

И не сказать, что это нужно мне

И вообще кому-то это нужно.

* * *

Качанье волн, летейский лад,

Волной смывается минута.

Так глубоко, что даже взгляд

Не возвращается оттуда.

Все, что от вечности хранит,

От приближенья, притяженья —

С волной граничащий гранит,

Проспект, домов нагроможденье.

Домов нагроможденье и

Повисшая в пространстве птица.

И отойти, и перейти,

И ничего не повторится,

Но не отпустит глубина.

И ничего уже не тронет

Души, качающейся на

Ее волне, как на ладони.

* * *

Где вдоль проспекта без просвета

Домов кубы.

Завод, и в небе сигарета

Его трубы.

Объезд движеньем захлебнется,

Блеснет металл,

И мост, как кошка, перегнется

Через канал.

Сил без оттока напряженье

В аду слепом,

Как будто замкнуто движенье

В себе самом,

И сквозь поток неудержимый

Кольнувший слух

Из проезжающей машины

Осколком звук.

Но дело движется. И кто-то

Читает мне

Что «…крепко заперты ворота.

А на стене…»

Слова вбиваются, как гвозди;

Не в этом суть:

Уже ничем и никого здесь

Не обмануть.

* * *

Ни давки из-за пустяка,

Ни толкотни машин.

Велосипедного звонка:

«Берлин-берлин-берлин…»

Звенит. Усилие ведет

И держит на весу,

Покуда цепь передает

Вращенье колесу.

Легко вращается – дави ж!..

Летишь, земли едва…

Мелькание реклам, афиш,

Слова, слова, слова.

Григорий Хубулава

Родился в 1982 г. Преподаватель философии. Живет и работает в Санкт-Петербурге.

* * *

Он смугл и тощ, как ствол миндальный,

Вставая от немого сна,

Срывая саван погребальный,

Дрожит и плачет. Тишина

Врезается в глухие уши,

И свет глазам невыносим.

Он снова жив.