Встреча

2

Не организм простужен,

А природа.

Никто не нужен

Мне уже полгода.

Закутайся в сырую шаль.

Нас никому уже не жаль.

Угрюмость – тоже вариант

Ответа жизни.

Когда-то был комедиант,

Да шутки вышли.

Банька

Пахнет сыростью, золой.

Банька старая косится.

Ты вошла в нее со мной,

Заскрипела половица.

Угли алые трещат,

По щелям ростки белеют,

Ковшик бьется в борт ушат,

Поцелуев нежен клей.

Свечка тихо оплывает,

Тени бревна огибают,

Льется теплая вода

На бесстыдных без стыда.

Сыр

Я лежу как сыр, забытый Богом.

Холодильник пуст, остался я один.

Как давно меня никто не трогал.

Ночь сидит во мне, как в лампе джин.

Я лежу, я укрываюсь мраком.

Плесень на часах, в подушке – тлен.

Господи, дай волю, чтоб заплакать,

Дай мне сердце мудрости взамен.

В мастерской

Здесь мастерская: на столе разложен

В порядке здравом каждый инструмент.

Вошли, таясь.

Ты обняла и подарила свет.

Ты хмурилась, опилки целовала.

В ладошку посадила две занозы.

Я пил, как воду, твой сосновый воздух,

Ты, постепенно, страхи забывала.

Меж наших губ – тягучая смола,

Меж наших тел – оливковое масло.

И взгляда молоко я, словно кот, лакал,

Смущение и грусть упрятав в ласки.

День к нам вошел сквозь узкое окно:

То волос вспыхнет, то блеснет металл.

И пахло тело медом и весной.

Шмель на стекле всё путь домой искал.

Муза

Она сошла с ума.

И я за ней сошел.

И был там ад или костел.

Костры бумаг.

Я видел звезды во хмелю.

Я слизывал с лица: люблю,

Я это слово не берег.

Но всюду храм, а в храме – Бог.

И потому – пускай сошла.

В других местах ей жизнь мала.

Наперекор

От рукописей тоже можно греться,

Так не горят собранья сочинений.

Цвет пламени – цвет радости и детства,

И солнечных ободранных коленей.

И я вгрызаюсь в гибельное дело,

Чем боль сильнее – больше хлопочу,

Пока в страданьях жажда не созрела —

Плодов желанных я не получу.

Я в ярости от изощренных фурий,

Что музами в наивности зовут,

Вот, кажется, шедевр, а завтра, дурень,

Посмотришь и поймешь – напрасный труд!

Вся радость, все свершенья – всё обман,

За ширмами явлений – хохоток.

Вчера писал, вчера я не был пьян,

Но создал только глупостей венок.