Сектант

Короткие темные волосы с проседью, слишком редкие спереди и слишком густые по бокам. Из-за грубоватых черт лица и сероватой кожи его скорее можно было представить работающим на колхозном поле или в шахте, нежели читающим лекции со сцены. Когда мы вошли в зал, он бросил на нас равнодушный взгляд, который потом задержался на мне. «Узнал по каким-нибудь рекламным роликам», – подумал я.

– В жизни каждого человека есть три события, которые любая религия мира пытается, так скажем, взять под свой контроль, – после небольшой паузы продолжил лектор.

– Всего три? – Раздался голос из зала.

Давид внимательно посмотрел на выкрикнувшего – полного парня в кожаной куртке с надписью «Харлей Дэвидсон» на спине, потом вдруг громко и заразительно рассмеялся:

– Да, три… Кому-то, может, мало. Кому-то – много.

Зал вслед за ним взорвался хохотом.

– Впрочем, есть определенные товарищи – их, правда, не так много – у которых таких событий в жизни меньше – всего два. Но меньше двух уже никак не может быть, как ни крути.

Во всяком случае, я таких не встречал… Эти три события – рождение, спаривание и смерть. Какую бы религию вы ни взяли – любого народа или нации – в ней обязательно будут три ритуала, освящающих рождение, брак и смерть. Возможно, завтра вы обнаружите какое-нибудь затерянное в Африке или Океании племя, до сих пор живущее на уровне каменного века и никогда не слышавшее о мировой цивилизации. Оно в социальном и культурном плане может не иметь ничего общего ни с одним другим этносом на Земле, но вы можете быть абсолютно точно уверены, что в их религиозной традиции есть три ключевых обряда…

– А если будет какое-нибудь племя, у которого нет религии? – Снова подал голос парень в кожанке.

– До сих пор таких народностей на планете Земля не встречалось.

– Получается, что Бог – это коллективное бессознательное? – Не унимался байкер.

– Не знаю. – Улыбнулся лектор, – но если встречу Бога и увижу, что он весь такой из себя коллективно-бессознательный, то обязательно тебе сообщу.

Парень покраснел и рассмеялся.

Я рассматривал слушателей, точнее, их затылки и спины. Судя по одежде, публика присутствовала достаточно разношерстная. Молодые студенты-интеллектуалы, служащие офисов, бизнесмены, дамы неопределенного возраста и крайне независимого вида. Женщин было значительно больше, чем мужчин. Отдельно сидели две группки молодых людей экзотического вида: восточные шапочки, платки, рубахи, буддийская и индуистская символика.