Лимонад

Надоест же вам когда-нибудь ваша несчастная мебель.

– Мебель, конечно, изделие легкомысленное в сравнении с делами вашей фирмы, – согласился Давид. – Но и у нас есть свои секреты. Больше по мелочам, но зато есть место для творчества. Опять же относительно, конечно. Сэрвис – штука капризная, а ее втискивают в такие рамки, что стой руки по швам. Справедливость. Л в итоге – круглый ноль!

– Я вообще очень Давидом восхищаюсь, – чистосердечно признался отец. – Всегда так тонко во всем разбирается. Всегда такой деловой, обстоятельный…

– О, Давид, он у нас философ и дипломат, – сказал Роман Романович.

– Какие нынче перспективы! – скромно, но веско заметил Давид. – Нет перспектив и быть не может… Но ведь я, в сущности, и так всего достиг… Стать большим начальником? Перестать принадлежать самому себе? Потерять индивидуальность? Стать этаким твердокаменным тираном? Я знаю, куда ведет эта дорога.

– Я согласен, – сказал отец.

– А мебель? – спросил Роман Романович.

– Это тоже грустная тема, – ответил Давид. – Мебельная промышленность в наших условиях – это нонсенс, потому что мебель – это, прежде всего индивидуальность. А индивидуальность чахнет, когда ей предоставляют условия для всестороннего развития. Ей нужна борьба, нужна оппозиция… Я за то, чтобы не решать все вопросы единогласно. Если я делаю шкафы, то дайте мне право вложить в них всю душу… и получить свои деньги… Иначе, извините, шкафы по-прежнему будут разваливаться.

– Давид, – начал Роман Романович, – те деньги, которые моя супруга…

– Не беспокойтесь, – успокоил его Давид и продолжал прерванную мысль: – Я иногда думаю, Роман Романович, что вторая, положим, партия не ущемила бы нашей демократии…

– Давид всегда так себя держит, одет прекрасно, – бормотал отец, – галстук, идеальный костюм…

– А у меня к вам есть маленькое дело, – обратился Давид к Роману Романовичу.

– Слушаю вас.

– Хочу я на свою «волжанку» поставить никелированные глушитель и бензобак.

– Совершенно верно.

– Значит, рекомендуете?

– Конечно. Кстати, вот Сергей Николаевич в этом деле у нас незаменимый человек. Золотые руки. Задумал на нашей фирме яхт-клуб организовать. Ведает материалами. Из моей машины конфетку сделал… Как, Сергей Николаевич, можно помочь Давиду?

– Необходимо, – ответил отец.

– Мы с вами договоримся, – сказал ему Давид, наполняя рюмки.