На семи ветрах

Сказать ей, что люблю, но после стольких лет,

Когда в заботах, не черкнул и строчки,

Когда пришлось идти путями одиночки,

Неся в душе своей, ее скупой портрет?

Улыбка глупая скользнула по лицу,

Глаза наполнились дождем воспоминания,

Он отвернулся, с чувством осознания,

Что вся история, приблизилась к концу.

Она к нему шагнула, протянув,

Свои озябшие, холодные ладошки,

В душе ее оттаяли дорожки,

И вдруг расплакалась, себя, к нему, прильнув.

И растворились отголоски страха,

Проснулась радостно забытая любовь,

Вскипела страстью и волнением кровь,

И пот впитала белая рубаха.

Мир утонул в лучах любви глубокой,

Растаял вдруг, как призрак прошлых лет,

Падений, грусти, радостных побед,

Закрыв шлагбаум жизни – одинокой.

Ночь рисовала красками страстей,

И полный штиль, и урагана рокот,

И стон, и откровений – шепот,

В тенях уже оплавленных свечей.

Рассвет принес не ясность ощущений,

Тепло в душе, и слезы на глаза,

И мысль крамольную, за что же небеса,

Их наградили тяжестью мучений.

Но чай вскипел, свисток зашелся «криком»,

Она накрыла стол, как в первый раз,

И поняла, счастливей, чем сейчас,

Ей не бывать, при всем желании – диком.

Зашел он в дом, неся в руках дрова,

Сложил в углу, и растопил камин,

И осознал, из тысячи картин,

Лишь от нее, кружилась голова.

Их взгляды встретились, скупое понимание,

Взорвало мир, ведь это навсегда,

Любви огонь, журчащая вода,

Улыбки, стоны, дети и внимание!

Часть 6.

А где же сын, и как его зовут?

И как мое воспримет появление?

Он ждет тебя, а завтра день рождения,

И мы устроим, праздничный салют.

Сын спит еще, его будить не надо,

Она к нему прижалась головой,

Зашел Никитка, встретив мать – такой,

Вдруг кинулся к отцу, чтоб с ним быть рядом.

Блистали золотом макушки куполов,

Кудрявилась сирень соцветием белым,

И солнце налилось сиянием – спелым,

Когда венчали их, под звон колоколов.

Торжественно на них смотрел Иисус,

Мария – дева, скромно улыбалась,

И только радость, в душах их осталась,

И поцелуев, первозданный вкус.

Они никак поверить не могли,

Что это все, конец разлуки долгой,

И теплой нежности, ласкающие волны,

К ногам вновь обвенчавшихся – легли.

И пыл их чувств, порадовал опять,

Когда наполненные радостью недели,

Одним мгновением, чудесно пролетели,

Врачи сказали, снова ей – рожать.