Подробности

Ни раненым, ни выжившим теперь

не скрыться от людского осужденья

в каком-нибудь заштатном городке,

где только церковь и хранит молчанье

о пережитом. Лодки по реке

везут погибших, как напоминанье

свидетелям. Глаз привыкает вновь

мириться с окружающим пейзажем,

но об бесцветья утром стынет кровь

и сердце чаще бьётся как-то даже.

У города не спросишь, отчего

он так состарился – ни войн, ни лихорадки

какой-нибудь. Немытое окно

бросает тень на жёлтую тетрадку

на письменном столе, когда-то он —

свидетель и участник.

не сохранился голубой плафон

и вазочка на стойке у дивана —

должно быть, время. И когда теперь

всё это видится в другом, волшебном свете —

мысль не торопится за сквозняком за дверь,

а топчется, как призрак, на паркете,

желая разобраться до конца —

что, где, куда, зачем – на самом деле,

передавая знаками лица

своё волнение и то, что не успели

стереть морщины. Память не стереть.

Я пробовал – бессмысленная трата,

но на тебя не стоит так смотреть —

воспоминанье о тебе всегда чревато

каким-нибудь несчастьем.

какой-то дар – всё превращать в руины.

И даже просто, нитку теребя —

соорудишь петлю для половины

тебя любивших. И твои черты,

как отражение, всегда на старом месте.

Возможно, сильно задержалась ты

и мстишь за то, что мы уже не вместе,

а как-то рядом, где-то среди книг —

между Довлатовым и Бродским – посредине,

к чему ещё читатель не привык,

но глаз цепляется к сюжету на картине

среди других.

способствует, ну, т. е. освещенье.

У мастеров так славилось оно —

у тех, других – эпохи Возрождения.

А ныне… Ныне – погляди в окно-

ворона сыр клюёт, не уставая,

на полотне – банальное кино,

где каждый, с первых кадров, узнаваем,

как ты и я – в былые времена,

но по другому поводу. Не помню —

ты старше или младше, впрочем, я

согласен младше быть.. А время – тронь и-

переведёт, опять, на час вперёд,

как штраф за срочность, чтоб не баловали

с календарём.

что там хранится, в сумрачном подвале

среди других, неназванных вещей,

с плафоном вместе, с вазочкой разбитой —

по случаю, где там же, среди комнат,

хранится привезённое корыто

из дальних странствий. Кажется, оно

разбилось тоже, пережив хозяев,

но ненадолго. Впрочем, всё равно —

сгодится для рассказа, где был крайним

старик у моря.