Реверс жизни, или Исповедь миллиардера

Алексей Петрович большой знаток по этой части, и, как я уже говорил, он введёт вас в курс дела.

– Вот те на! – воскликнул Гудимов, саркастически улыбаясь. – Я снова стану маленьким начальником! Домоуправом! Из грязи да в князи! Ну, жизнь, ты действительно способна творить чудеса! И разные фокусы – тоже.

Глава пятая

В Томарине

В тот же день моего бомжа доставили в усадьбу. Сначала было три часа полёта рейсовым авиалайнером, затем полтора часа поездки в комфортабельном автомобиле, и наконец он оказался в Томарине.

Усадьба сия располагалась у южного основания высокого горного хребта, на выходе из ущелья в просторную долину.

Ещё не так давно это была дикая пустынная местность, редко поросшая можжевельником, кизилом и колючим держидеревом, забытая, казалось, и Богом, и людьми.

Горный хребет, стеной вздымавшийся в небеса, достаточно надёжно закрывал её от холодных северных ветров. Впрочем, он же был причиной и довольно заметной сухости тамошнего узкополосного климата.

До сих пор не могу понять, что толкнуло меня купить эту необитаемую территорию. Скорее всего, некое шестое чувство, подобное интуиции.

Что-то особенное, разбудившее мою фантазию, показалось мне в рельефе прилегающей местности, когда я волею случая впервые оказался в этих краях. Перед внутренним взором как-то сразу предстали и будущие роскошные сады, и ажурные постройки, словно в тот момент ко мне пришёл дар ясновидения.

Я обратился в муниципалитет, которому принадлежал этот кусок пустоши, с предложением о купле-продаже.

Здешняя власть отчаянно нуждалась в деньгах, и мне охотно пошли навстречу. Правда, цену заломили – в обморок можно было упасть, но я, прикинувшись совершенным простачком, почти не торговался, потому что уже знал – до сей поры заброшенная территория превратится в обитель блаженных.

Так я стал владельцем четырёхсот сорока шести гектаров пусть бросовой, но южной земли.

В самом скором времени здесь уже трудились лучшие ландшафтные дизайнеры, архитекторы и строители.

В северной части обретённых мною палестин, ближе к ущелью, была довольно значительная обрывистая впадина.