Старые тетради

Со стороны это выглядело так, словно Олеся затеяла игру в незнайку и просто водит парня за нос. А он теряется и не знает как дальше вести себя.

– Вот, – он открыл небольшой дипломат и, порывшись в нем, достал сильно потёртую газету двухгодичной давности. Развернул её и протянул Олеси. Она взяла и тут же, конечно, узнала. В этом номере «Молодёжки» был напечатан её блок стихов.

– И что? – она в недоумении посмотрела на парня.

– Это же ваши стихи?

– Да, мои. И что? – вновь она задала вопрос, от которого парня одновременно бросило и в холод и в жар.

– Я думал, что один из этих стихов посвящен мне, – осторожно сказал он.

– Тебе? – изумилась Олеся настолько, что перешла на «ты». – Какое стихотворение?

– Акростих, – прошептал парень и тут же стал оправдываться. – Извините, я просто. Не знаю, почему так решил.

– Акростих? – Олеся не слушала вялое бормотание гостя, она стала просматривать газету. – Какой ещё акростих? Где?

Она посмотрела на него таким взглядом, каким следователи смотрят на подозреваемого.

– Акростих – это такое стихотворение, где заглавные буквы каждой строчки составляют слово. Он третий в блоке, – пояснил парень.

– Да знаю я, что это такое. – Ответила Олеся и прочитала вслух:

Плакал дождь за окном,

Осень рощи обнажала.

Плыла тучка с ветерком,

Улыбку солнышка скрывая.

Ты комплименты говорил,

Чистые, как недотрога,

И читал, читал стихи

Коверкая «эр» немного.

ПОПУТЧИК. Попутчик? – изумление было искренним, не поддельным. – Надо же, как это у меня сложилось. Нежданно—негаданно. Чудеса какие-то.

Она взглянула на гостя. Глаза её излучали тепло и нежность.

– Почему вы решили, что стихотворение посвящается вам? В тот день вы всех осыпали комплиментами

Он молчал, опустив голову, и в волнение затеребил кончик уха.

– Просто мне показалось, что я вам понравился. Глупо всё вышло. Извините, – он посмотрел на неё, – И я немного коверкаю «эр»

Это было так по наивному красиво, что Олеся грустно улыбнулась.

– Как же вы нашли меня?

– Я сразу стал искать. И это было нелегко. Ни адреса, ни имени. Просто я катался по городу, ходил на дискотеки, в кино. А это уже большой подвиг с моей стороны. У меня фобия перед скоплением народа. А потом я прочитал эти стихи.