Жернова

 – Он вновь улыбнулся, но тут же, нахмурив брови, продолжил: – Причём работы сейчас тьма, а вчера авария на одном объекте случилась, поэтому до сих пор не могу отойти. Да ты ещё нервируешь меня своими вопросами. Нечего слушать разных там болтунов. Сама-то, наверное, лучше других видишь, что нелегко мне последнее время. Я ведь не из воздуха делаю деньги, а за некоторых тупых бизнесменов работаю. Естественно, беру с каждого свой процент. Приходится целыми днями голову ломать, думать о благосостоянии семьи, а ты лезешь со своей подозрительностью.

Галина слушала мужа и диву давалась: никогда ещё её немногословный муж не был таким говорливым. «На самом деле мне, наверное, из зависти нашептали про него. Злые люди видят, что хорошо мы стали жить, вот и стараются какую-нибудь пакость подбросить. Да и мне от него „деликатесов“ каждый день не требуется, не привыкла… Хотя раньше вообще удовольствия от него в постели не получала. А если совсем честно, то недавно только и почувствовала себя женщиной.

После искренней, как показалось Галине, исповеди мужа она извинилась перед ним, расцеловала в порыве страсти. Целовала даже его большущий живот… Затем лаской увела в спальню, раздела и с воодушевлением стала делать ему массаж.

Правда, лелеяла надежду: а вдруг и муж массаж ей сделает? Но как ни старалась, не изощрялась – без толку. Опять же и целовала затейливо, упругие её груди, будто сестрёнки-двойняшки тыкались в него возбуждёнными носиками; притягательные ягодицы под кружевной сорочкой должны бы взволновать его мужское воображение.

«Ладно, – подумала верная жена, – устал муженёк. На большие деньги и сил, наверное, много надо, на них и уходит вся энергия. А я подожду, не привыкать. Раньше месяцами ждала и ничего, не умерла. И даже не похудела. А теперь, слава Богу, хоть изредка, но перепадает».

Так прошёл день, за ним второй, третий… В воскресенье муж утешил жену, да так старательно, что она опять была на седьмом небе от счастья.

А секрет оказался прост: муж применил кое-что из новейших секс-изобретений человечества. И снова ей хорошо. «Ах, какой у меня муженёк стал! Ах, как здорово, что он закодировался! Ах, ах, ах! – ещё и денег за это дал». «Ох, ох, ох!» – продолжало трепетать её ублаготворённое тело.

5

Наступил сентябрь. Дети Макашиных учились в коммерческих вузах.