Смотритель. Стихотворения 2010—2016 гг.

Ты помнишь, как небо, чирикнув

в две спички, зажглось и спаслось,

как двум, пережившим верлибры,

по бабам мужицким спалось,

Свердловск начинался сюртучный,

все суки махали вослед

лимонного цвета платками,

линяя в коньячный ответ.

(15/12/12)

«Сквозь потный снег, сквозь ожиданье, сдирая корочку бобо…»

Сквозь потный снег, сквозь ожиданье, сдирая корочку бобо,

идут двенадцать [непохожих на время наше] поясов,

как часовые и якуты, насторожились, вой взвели —

гори, гори, не угасая на темноте бумаги, шрифт!

Сквозь плотный снег [в воде солёной] дрожит, как голый, самогон —

идёшь по Репина и плотность теряешь, прикусив озон,

и видишь: с острова на встречу идут двенадцать часовых,

по краю движущейся речи, как пёс вцепившейся в кадык.

Они идут по твёрдым водам несовершённой немоты,

идут на свет, скрипят, как свечи, их [в шарф заверченные] рты,

и Бог [разобранный в стаканы], в пластмассе льдистой шевелясь,

горит, в часах не разбираясь, и дышит в трещины, как язь.

(7/12/12)

[Тварь из поселка Роза]

И всякой твари выпадает дважды свет

в проваленном до ада, будто Роза,

поселке – за Челябинском в кювет

свалился ангел-бомжарёк. Вот поза,

вот понимание, вот с Розенталя вид,

чтоб всякой твари с небом всё возможно —

договорился и теперь лежит

среди травы и ждёт, как передоза,

что полетит насквозь его, на свет,

вся местная братва из насекомых

в провал и яму, под которой нет

последней твари и её знакомых.

Вот он лежит и чувствует – лицо

его облапал чёрный энтомолог —

читай: шахтёр (считай с твоим творцом

теперь их трое). Дело к эпилогу

здесь не пришить – так дёшево крыло,

что он лежит – во рту дрожит травинка,

а по травинке богомол ползёт

до самой Розы – и совсем не зыко

он приползёт на станцию свою

лет девятнадцать для того растратив

пока же ангел-бомжарёк лежит

здесь где-то слева и не пидорасит

он перед богом, он, открывши рот,

жуёт язык свой синий глуховатый —

и понимает: людный горизонт его ловил,

но более не схватит,

не схавает, не выпьет, преломив

на два зрачка поломанное время —

и дохнет тварь и обретает вид

в кювете – мяса, в воздухе – прозренья.

(1/10/12)

[Энтомология]

Д.М.

Расчёсывая губы до крови,

пустив царапины [как бабочек по свету

латать тот свет слюной] здесь – оборви

и Сь слетит и крови узкой нету.