Во львиной пасти

Фрёкен Хульда укорительно покачала ей головой, а затем с достоинством обратилась к гостю:

– Так вы были в Индии? А почем там, не можете ли сказать мне, индюшки?

Теперь и Иван Петрович вынужден был закусить губу…

– Почем индюшки? Виноват, не справлялся, но почем слоны…

– А там кушают и слонов?

– Самих их на стол не подают – немножко грузны, – но хоботы их у туземцев одно из самых лакомых блюд.

– И вы тоже ели их?

– Как же не отведать? И могу уверить вас, что весьма недурно.

– Но из-за хобота убивать целое животное…

– Я думаю, и из-за клыков? – решилась в первый раз подать голос фрёкен Хильда.

– Совершенно верно, – подтвердил с поклоном Иван Петрович, – а хоботы уже кстати: зачем им пропадать? Если мне было жаль убивать слонов, так более потому, что они так умны – умнее иного человека. Только под старость тоже теряют память. У меня, например, был старый слон, так тот, чтобы чего не забыть, завязывал себе всякий раз хобот узлом.

Теперь и у тетушки не могло быть сомнения, что язык у гостя без костей, и она, невольно также улыбнувшись, заметила, что «господин маркиз, кажется, как все французы, большой фантазер и охотник до сказок».

– Да, – отвечал он, – сказки – слабость моя с раннего детства. Но тогда я особенно любил такие, где встречалось побольше пряников и орехов, а в настоящее время меня гораздо более интересует какая-нибудь пулярка с фаршем, да и не в сказке, а на столе передо мною.

– Ах, Боже мой! – спохватилась тут фрёкен Хульда. – А мы-то вам до сих пор еще ничего не предложили! Для обеда еще рано, но вы позволите хоть чашечку кофе?

– Тетенька, я пойду, заварю… – вмешалась фрёкен Хильда и вспорхнула с дивана.

– Сиди, сиди! – остановила ее тетушка. – Я сама распоряжусь.

– Но зачем же, тетенька… Позвольте уж мне…

– Ты не знаешь, милочка, где что взять, – решительно заявила фрёкен Хульда, которой, по-видимому, хотелось угостить молодого ценителя вкусных вещей чем-то особенным собственного изделия. – Сиди и займи покуда господина маркиза.

Молодые люди остались вдвоем.

Глава девятая

Детство веселое, детские грезы!

Только вас вспомнишь, – улыбка и слезы.

    Никитин

Каких ни вымышляй пружин,

Чтоб мужу бую умудриться, –

Не можно век носить личин,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/vasiliy-avenarius/vo-lvinoy-pasti/) на ЛитРес.