Танцующая на ветру

– Жена, говорю, очень большая? – Мне хотелось спросить, бьет ли она его, но какое-то неожиданное, совершенно новое чувство остановило меня.

– Валюша? Да, вот такая… – Папа поднял руку чуть повыше своей головы, потом подумал и еще выше задрал руку.

– Почему ты в школе не работаешь?

– Так… это… там же готовиться к урокам надо… А я все забыл уже, дочка… Я уж так… А потом у меня, знаешь… – Папа стал улыбаться щербатым ртом. – Встану иногда, такое тут вот что-то щемит, я сразу ручку беру, пишу, пишу… Не помню только… Но я тебе пришлю стихи, пришлю… Вот у меня газета была… там мои стихи…

Я почувствовала, что у меня почему-то подступили слезы.

– Стыдишься, да? Меня Леха стыдится. На улице говорит – иди сзади.

– Почему стыдится?

– Так… А чем же гордиться? Нелепый я человек… – Папа посмотрел на меня. – Похожа ты на Людочку…

– Да папа! В самом деле! Маму звали Оля! Ты что?

– Да как-то я… Давно это было… Зацепилось в голове… Людочка – лодочка… Олечка – полечка… Прости, дочка… Пойду я к Борису, пока он не передумал…

– Стой.

– Зачем? – Папа испуганно оглянулся.

Я не стала отвечать, обогнала его и пошла впереди.

– Дочка, дочка… А тебе же платят стипендию? Тебе денег хватает?

– Я еще работаю.

– Молодец… А можешь мне рублей пятьсот дать?

Я обернулась.

– А зачем тебе деньги?

– Да как зачем? – Папа стал смеяться. – Деньги всегда нужны. Мне Валюша совсем денег не дает. Я же сейчас без работы… Инвалид.

– А что у тебя за болезнь?

Папа не успел ответить, а может, и не хотел, он отстал и задержался у стены.

– Вот, болит как раз вот тут… – Папа стал растирать грудину. – Болит и болит.

– А разве… – Я немного растерялась, я как-то не задумывалась над этим. – Разве не осталось бесплатных поликлиник?

– Осталось, но там же никого не лечат! Справку на кладбище там выписать только могут! Так и на кладбище без денег не пустят!

– Ладно, – вздохнула я.

Всё равно от папы толку не добьешься, а я в болезнях совсем не разбираюсь.